Его рот приоткрылся, и мое имя сорвалось с его губ на вдохе, как вопрос.
—
София? — Его голос оборвался, опустошение на его лице ударило мне в грудь, и дыхание, с силой покинуло мои легкие.
Было больно смотреть на него, видеть, какой ущерб нанесла ему моя ложь. Но, к сожалению, это была цена, которую, как я знала, однажды придется заплатить.
Мой рот приоткрылся, беззвучная мольба вырвалась наружу, когда я сделала шаг вперед, но он отступил назад, прежде чем я успела дотянуться до него. Он отвел взгляд, предательство выступило на его лице.
Его взгляд метался от Елены ко мне, и он дернул себя за волосы, отворачиваясь от нас. Он неоднократно качал головой, бормоча "этого не может быть" и расхаживая взад-вперед.
Шины заскрипели по гравию, и мы все мгновенно достали оружие, направив его в сторону источника. Мы все смотрели, как в поле зрения появился черный внедорожник, в котором на водительском сиденье сидел человек, которого мы ждали.
Мы с Еленой опустили
оружие, убрав его в кобуру, и Тео последовал нашему примеру, когда понял, что я больше не нацеливаюсь на новоприбывшего.
Валентина опустила окно, ветер развевал ее рыжие волосы, и она позвала Елену.
— Иду, — крикнула Елена, прежде чем снова обратить свое внимание на меня.
—
Gracias por todo
(пер.
Спасибо тебе за все
), София. Я бы никогда не смогла этого сделать, если бы не ты.
Она заключила меня в теплые объятия, в конце ещё прижав сильнее, напомнив мне медвежьи объятия моей матери.
Ее взгляд вернулся к мужчине позади меня, когда она погладила меня по щеке.
— Было приятно познакомиться с тобой, Тео. Позаботься о ней, ладно?
Не дожидаясь его ответа, она пошла прочь, ее взгляд в последний раз встретился с моим через плечо, прежде чем она обогнула капот и забралась на пассажирское сиденье.
Звук шин затих, когда внедорожник исчез из нашего поля зрения и скрылся между разноцветными грузовыми контейнерами. Когда я наконец обратила на него свое внимание, мое сердце раскололось
при виде предательства в его глубоких карих глазах.
— Иы когда-нибудь собиралась рассказать мне? — спросил он наконец, его голос был низким и тихим.
Я перевела взгляд на его кулаки, наблюдая, как он сжимает и разжимает их, костяшки побелели.
— Тео, я могу все объяснить, — начала я.
Его глаза переместились с моего лица на руки, а затем снова встретились с моим взглядом. На долю секунды в его выражении мелькнуло беспокойство, когда он заметил следы того, что я только что сделала, на моих руках и лице, но оно быстро исчезло, сменившись недоверием.
Он рассмеялся.
— Что ты объяснишь, София?
Мои глаза сфокусировались на напряженной линии его плеч, легкой дрожи в его руках, прежде чем он отвернулся от меня. Я смотрела, как он глубоко вздохнул, прежде чем снова заговорить.
— Все, блядь, было ложью, — пробормотал он.






