Через несколько месяцев после того, как смерть Моралеса стала устаревшей новостью, она начала работать в центре, в котором была волонтером во время их брака. Я знал, что ей было приятно быть рядом с ними, потому что видел радость на ее лице каждый день, когда она возвращалась домой.
Некоторые дни были не простыми для нас, но в основном последние несколько лет, когда она была рядом со мной, были самыми лучшими в моей жизни.
Она зашевелилась рядом со мной, вырывая меня из моих мыслей. Ее тело прижалось к моему, белая футболка, в которую она была одета, задралась, открывая мне ее.
В комнате было темно, только лунный свет заставлял дождь мерцать на стенах нашей спальни, демонстрируя очертания
ее голой задницы.
Я сжал ее бедро, когда она уперлась в мою растущую эрекцию, и мое имя вырвалось из ее губ со стоном, вызывая глубокое желание в моей груди.
Даже после всех этих лет желание обладать ею, отмечать ее,
претендовать
на нее никогда не утихало. Я все еще не мог перестать тянуться к ней, когда она была рядом, и с нетерпением ждал ночи, чтобы забраться обратно в постель, зная, что засну и проснусь рядом с ней еще на один день.
Я по-прежнему хотел ее сейчас так же сильно, как и десять лет назад.
— Тео, — выдохнула она с тихим вздохом, снова прижимаясь ко мне.
— Ммм, — сказал я, касаясь макушки ее головы, но она не ответила.
Она все еще спала и, вероятно, видела один из своих снов. В последние несколько недель они снились ей все чаще, и я не жаловался.
Мой рот прильнул к ее шее, нежно целуя ее, пока моя рука скользнула под футболку, вверх по животу и в ложбинку между ее грудями.
Я обхватил их поочередно, мои пальцы забавлялись с ее сосками. Я знал, что в последнее время они стали более чувствительными, поэтому
я выбирал между сжиманием и пощипыванием их.
— О…, — простонала она и двигалась против моей эрекции, которая была зажата между ее ягодицами, скользя вверх и вниз в поисках большего.
Моя рука проследовала вниз по ее животу к ее влажной киске, кончиками пальцев я дразнил ее клитор, хотя знал, что она уже готова принять мой член.
Я собрал пальцами влагу из ее плачущей киски и приподнялся на локте, растирая ее возбуждение по своему члену.
Я схватил ее за колено, открывая ее для меня, приподняв ее ногу и положив ее поверх своей. Затем я взял свой член другой рукой и надавил на ее вход.
— Еще, — прошептала она, ее глаза все еще были закрыты.
Медленно, поглаживая, я вошел в нее, покачивая бедрами.
Она вздрагивала от моих толчков, с ее губ сорвался всхлип. Затем я снова погрузился в нее, мои глаза зажмурились от того, как хорошо она ощущалась. Я вошел в нее неглубоким толчком, покусывая мочку ее уха, а затем засасывая ее между губами.
Я сдержал стон, когда ее киска сжалась вокруг моей длины, а пульс забился у нее на шее.






