Данила погрозил Шмыгу пальцем:
— Тронешь неприкосновенный запас — я тебя в этой сгущёнке и замариную.
— Вот почему я никогда не угрожаю тебе физической расправой? Потому что я ростом не вышел, или?..
Конца
фразы Данила не услышал, потому что Шмыг уже полетел в соседнюю комнату к компьютеру.
После ужина, за которым обсуждали в основном то, почему Шмыг, несмотря на малый рост и вес, жрёт столько же, сколько его напарник, Данила сел к компьютеру и начал мониторить районные группы во Vmeste.
Шмыг поглаживал набитое пельменями пузо и медленно летал вокруг, изображая купальщика, плывущего на спине:
— Ты опять своих городских сумасшедших читаешь?
— Ну извини, в новостях про демонов не рассказывают. А там публикуют любую ерунду. Кто-то пришельцев ловит, кому-то померещилось, что в детских мультиках сообщения с того света зашифровывают. Но, если грамотно отсеивать откровенный бред от такого, которого нарочно не придумаешь, можно кое-что выцепить… Ну, то есть смотри: если мать жалуется, что её ребёнок поклоняется Сатане, потому что футболки с пентаграммами носит и странную музыку слушает, — это фигня. Ну, то есть ребёнок, очевидно, не наш клиент. А вот если ребёнок пишет, что у него родители двинулись на какой-то сектантской фигне и на кухне бутылки в форме пентаклей расставляют, то…
— То они, скорее всего, алконавты, раз у них столько бутылок, — закончил утверждение Шмыг.
— Не исключено, конечно. Но я бы всё равно проверил. Главное, ты понял принцип. Без этих городских сумасшедших нам бы пришлось на тачке Москву каждый вечер кругами объезжать, чтобы хотя бы на треть Часы наполнить. Причём за рулём был бы ты — я бы трясся над жетоном и пытался понять, это он правда похолодел на полградуса или мне показалось. Не каждый день везёт так, как сегодня, когда тварь сама, можно сказать, к нам в гости зашла…
— Ну да. Фронт работ, конечно, впечатляет… — Шмыг со вздохом осмотрел огромную карту Москвы, висевшую на стене: она вся была истыкана канцелярскими булавками, и лишь кое-где виднелись намалёванные красные крестики — знаки того, что в этом месте недавно стало на одного демона меньше.
«Сюжет
о городском мстителе входит в число наиболее расхожих. Отражая тревоги маленького человека, этот сюжет преломляется в зависимости от обстоятельств, от исторического и культурного контекста. Когда-то мститель мог быть благородным разбойником или честной воровкой, чьи примитивные представления о справедливости казались горожанам более простыми и понятными, нежели сложные мотивировки фискальной политики в том или ином государстве. Образ мстителя в разных условиях может сближаться с фигурой революционера или, напротив, стража порядка.






