Клавдия Александровна оперлась на палку левой рукой, а правой медленно перекрестилась, глядя через улицу.
— Вы её помните? — тихонько спросила Лиза, до сих пор не проронившая ни слова. — Ну, Елизавету?
Графиня ответила не сразу, что-то беззвучно шепча сама себе. Потом произнесла громче:
— Я сама — нет. Но отец мне рассказывал, что она к нам приходила, просила содействия в каком-то своем благом деле, и видела меня.
— А они знали? — охнула Даша, полностью осознав, насколько Клавдия Александровна старая. —
Цари знали о вас? Правительство вообще знает? — её вдруг осенила мысль, почему отец графини не использовал силу шамана, чтобы победить в войне? Неужели это настолько опасно? Или использовал, но с другой стороны тоже использовали?…
— Кому надо, тот знает, — старушка так резко обернулась к особняку, что Даша испугалась, как бы та не упала, — к делу! Генрих?
— С вашего позволения, — очень серьезно отозвался он.
Даша встрепенулась и опять взглянула на особняк. Теперь в нем должно быть какое-нибудь учреждение или ресторан, или еще что-то в таком роде. Но вывески никакой не было.
— На нашу удачу там сейчас ремонт, — ответила на её немой вопрос Алиса, — и рабочие уже ушли.
— Мне бы они не помешали, — туманно отозвался Генрих.
— Так приступай, — сухо велела графиня.
Тот, больше не медля, достал из кармана какую-то маленькую плоскую коробочку, похожую на обычный мобильник, что-то в ней нажал, и тут же сумерки вокруг их компании словно сгустились, воздух стал каким-то сероватым, словно дымка. Даша невольно поёжилась, вспомнив нападение трех ведьм в безлюдном парке. Неужели ей снова предстоит с ними столкнуться? Выходит, тем жутким фокусам их научила её мама…
— Это небольшой теневой полог, — торопливо пояснила ей Алиса, — чтобы прохожие не обращали на нас внимание.
Генрих передал коробочку молчаливому Стефану. Даша невольно бросила взгляд на парня, гадая, что он обо всём этом думает?
Генрих шагнул к массивной деревянной двери, приложил ладонь к замочной скважине и что-то невнятно пробормотал. В следующую секунду он галантно распахнул створки перед графиней.
— Прошу, Ваша Светлость! И что бы вы без меня делали?
— Право, не представляю, — язвительно процедила та, делая неуверенный шаг вперед, — вероятно, свет небесный померк бы.
Графиня
первой переступила порог.
Они оказались в просторном зале. В дальней стене имелись две арки, ведущие в смежные комнаты, а чуть в стороне от главного входа плавно изгибалась широкая лестница на второй этаж. В особняке, действительно, царил ремонт: все стены и пол ободраны, но еще не оштукатурены заново, повсюду валялись обломки старых стройматериалов, какие-то мешки и банки.
Графиня медленно прошла в центр зала, крошево тихо похрустывало под её ботинками.






