Хотя бы ненадолго.
Чародей действительно ушёл под землю, плавая в почве, как в море. Оттуда он прекрасно слышал всё, о чем говорили персекуторы. Знал точное местонахождение каждого из них. Литосфера — его стихия. И так уж вышло, что большинство существ топчет именно её.
Его поразила и в то же время смутила прозорливость ликвидатора. Игра в кошки-мышки затянулась. Поэтому маг решил действовать. «Василисков» он не боялся ни капли, точно зная, что живым от него не уйдёт никто из них.
«Сейчас будет потеха», — думал Чезаре, выпуская из себя эфир в почву. Та стала податлива, будто глина в руках гончара. Маэстро отважился на новую симфонию боли.
Как только нога капитана коснулась брусчатки, каменная кладка обернулась жижей. Будто зыбучий песок, непонятная сила стала всасывать конечность в почву. Персекутора резко дёрнуло вниз. Колено, оставшееся снаружи, согнулось пополам.
Он рухнул на спину. Из руки выпал меч. Щит с глухим стуком ударился об мощёную дорожку. К тому моменту ногу инквизитора
затянуло до бедра. Почва стала резко каменеть — конечность будто забетонировало. Капитан кричал от беспомощности, пытался вырваться. Но всё без толку.
Чародей сжалился над своей игрушкой. Отпустил его, но на своих условиях. Бетон пришёл в движение, дробя ногу и тем самым отделяя её от остального тела. Вереща, командир шмякнулся на мостовую. Культя плевалась кровью. Часть него останется в городском саду навсегда.
Капитан потерял связь с реальностью. Скулил. Порывался куда-то, но не мог подняться. Только катался из стороны в сторону, как неваляшка.
— Моя нога! Моя нога!.. — выл он.
Всё произошло настолько быстро, что «Василиски» не успели ни отреагировать, ни помочь как-либо командиру. Между тем Чезаре уже знал, кого и как будет убивать. На каждого отдельного инквизитора у него имелся свой план. Сделать калекой их капитана — часть замысла. Просто детская шалость. Его он оставлял на сладкое.
Почва вытолкнула литоманта из себя. Чародей бесшумно объявился из ниоткуда за спиной одного из персекуторов. Будто магнитом, к его ладоням притягивались куски дроблёной брусчатки. Боец не сразу ощутил, что кто-то дышит ему в затылок.
Он обернулся, дёрнувшись. Тогда-то, наполняя эфиром осколки, маг хлопнул его по ушам. Только не с целью оглушить. Камешки, будто пули, врезались в его череп и проскочили навылет.
С такой скоростью, что голова инквизитора попросту лопнула, поднимая фонтан из крови и костей.
— Бей его! — призывал кто-то из оставшихся шестерых.
Труп рухнул к ногам литоманта. Чезаре стоял, где и был. К нему рвалось четверо ликвидаторов. Два застрельщика стояли поодаль. В уме апостат мигом выстроил удачную комбинацию — ради эффектности да веселья.
Рука дёрнулась.






