Всё-таки недаром все так любили его в цирке, с которым
тот путешествовал большую часть жизни по Полуострову и близлежащим странам. У Черноруких руки до него не дошли. Чезаре их опередил.
Иначе мальчишка мог запросто поубивать всех вождей, королей и царей Западного Аштума, не выдав себя настоящего. Ещё бы и заработал.
И ведь не скажешь с виду, что этот паренёк в том же списке наиболее опасных чародеев Полуострова, что и Чезаре Стокко.
Мягкий характер. Большие зелёные глаза. Голос между тенором и фальцетом. Смазливая, чуть ли не девчачья мордашка. Хрупкое телосложение. Даже чёрные волнистые патлы иной раз вводят прохожих в заблуждение.
Плевать Неро на это хотел. Он — человек искусства. Человек утончённый. Ему было тесно в рамках, которые выставляет Церковь.
Важно другое. Когда до дела доходит, он становится настоящим ночным кошмаром для своих жертв. Чьи лица ни примеряет, варит жертв изнутри либо сжигает в бирюзовом огне Серости.
Да. В этом весь Неро де Лима. Вор Лиц. Мимик, гуляющий во снах и реках крови.
Командовать у Чезаре получалось неплохо. И всё же, он привык действовать если не в одиночку, то, по крайней мере, мелкой группой чародеев.
Лучше многих Самум знал: чтобы раскрыться, магу нужна дистанция и побольше места. В противном случае, инквизиторы легко могли нейтрализовать целую пачку чародеев. Даже сейчас.
С началом восстания он и вовсе по собственной воле отошёл на второй план, предоставив язычникам направлять в бой оранжевые хламиды. С позволения их лидера. Та понимала: больше всего пользы Стокко принесёт, если будет вести дела по-свойски.
Неро де Лима хотел было что-то сказать, но их воркования прервало третье лицо.
— Развлекаетесь тут?
Чародеи глянули на крышу соседнего
здания. Верхом на тритоне-переростке на них со значением смотрела настоятельница Ио. Её тело залил солнечный свет грядущего дня. Дивора поглядывал то на мимика, то на литоманта, издав странный утробный звук. Тёр зубы друг о друга, будто собирался сожрать их.
«Меня пугает эта тварь», — думал Чезаре, морщась от отвращения.
С того момента, когда Самум впервые увидел чудовище, оно умудрилось вымахать. Осваивается в Материальном Мире в разы быстрее, чем обыкновенные монстры.
— Настоятельница Ио. — Стокко отвесил ей артистично реверанс.
Его друг встал на месте, как вкопанный. Неро видел в Астрале существ гораздо страшнее. Он впал в ступор потому, что мало кто мог подобраться к нему бесшумно. Тем более, такая громадина.
Де Лима почувствовал на своей коже гневный взгляд чернокнижницы.
— Какая непочтительность, — заметила она. Тритон зарычал. — Тебе следовало бы научить своего друга хорошим манерам. На досуге.
— Я поработаю над этим, даю слово, — заверял Стокко.
Онейромант закусил нижнюю губу.






