Я их просто обожаю.. Потому что я обожаю тебя. Жена моя. Любовь моя. Единственная моя. Самая-самая. Даринка... Люблю...
– Люблю...
– отзываюсь я.
И мы вновь страстно целуемся. Только теперь чуть дольше...
Плевать мне и на банкет и шампанское... Подождут... Все подождут...
Объятия мужа, его безумно приятный запах, нежные губы и страстно ласкающий меня язык - ничего кроме этого меня сейчас не волнует...
Уверена, я хорошо запомню эти поцелуи на всю свою жизнь.. И вообще - весь этот прекрасный день...
Я теперь Крутая... Дарина Крутая... Обалдеть...
Эпилог
Смотрите: это я. Еду в роскошном вишнёвом кабриолете по прибрежному шоссе. Верх открыт, ветер треплет распущенные
волосы, и, чуть запрокинув голову, я смеюсь.
За рулём - мой муж. Мой большой, брутальный муж в расстёгнутой нараспашку гавайской рубашке и солнечных очках-авиаторах.
– И значит, берёт он этого суслика, с таким, знаешь, хищным видом и... подносит к лицу.
Повёрнутая к нему полубоком, во все глаза смотрю на него и замираю в ожидании.
– Смотрит такой в глаза, - продолжает мой муж, - и говорит: я не знаю, кто ты, но, судя по выражению лица, и особенно по выпученным глазам, ты - родной брат нашего генерального.
Заливаюсь смехом.
– Ма-а-ам!
– требовательно доносится сзади.
– Да, милая, - оборачиваюсь я.
– Долго ещё?
– Малявка, минут пятнадцать ещё, - отзывается Серёжа, - и мы на месте.
– Пап, я пить хочу.
– Солнышко, будешь сок?
– тянусь к сумке на заднем сиденье.
– Буду, - с важным видом кивает четырёхлетняя Мария Сергеевна.
– Ну и умничка, - нежно взглянув на неё, отзываюсь я.
Расстёгиваю молнию на спортивной сумке и достаю миниатюрную бутылочку с яблочным соком. Откручиваю крышку и отдаю бутылочку дочке.
Маша принимается залпом пить сок. Папа заранее серьёзно снижает скорость, чтобы дочка не облилась.
Допив, Маша возвращает бутылочку. Закручиваю крышку и кладу её обратно в сумку.
– Пап, смотри!
– подскочив, дочка указывает ручкой в сторону моря.
– Это кто?
– Дельфины, малышка, - взглянув на дочь в зеркало заднего вида, улыбается Серёжа.
– Мало кто их с берега видит. А ты вот смогла!
Дочка, распахнув глаза, смотрит на меня. Потом снова на море. Такая смешная.
Невольно широко улыбаюсь.
– Это дельфины, да?
–
прильнув к двери, во все глаза смотрит она на то, как блестящими вспышками выныривают из мерцающего в солнечном свете моря серо-голубые дельфины.
– Да, моя хорошая. Те самые, которых мы видели в зоопарке.
Дочь переводит на меня изумлённый взгляд.
– А как они тут оказались?
– Нет, котёнок, - с улыбкой поправляюсь я, - это другие. Просто такие же. Эти здесь и жили.
– А-а-а...
– тянет дочь и снова вытягивает шею в сторону моря.
Поворачиваюсь к мужу. Ловлю его нежный взгляд сначала на дочь, потом на меня.
– Ты в порядке?
– кивнув на мой округлившийся вновь живот, спрашивает он.
– Да, - отзываюсь я.






