Они приехали на двух тачках. Два джипа. Номера были сняты. Из второй машины вышел чувак в хоккейной маске. Я перевёл бабки. Он кивнул, махнул компаньонам в другой тачке рукой и направился к своему автомобилю. Чтоб ты понимала, из окон первой машины на меня смотрели стволы.
Сергей отбрасывает в сторону потухшую сигару и встаёт. Снова смотрит не на меня. В сторону.
– Она была мертва. Они открыли дверь и выкинули её труп из машины. И дали по газам.
Сергей
поворачивается ко мне. Взгляд его ледяной - сейчас просто страшен.
– Их завалили всех. Всех шестерых. И тех двоих, которые похитили бабки и тех, которые привезли мою невесту мёртвой. У меня серьёзные связи. Того, кто убил её - я грохнул сам. Лично. Но для меня всё это уже ничего особенно не меняло. Её больше не было. А виновата она была только в том, что была моей женщиной. Это было четыре года назад.
Похолодев, я смотрю в его ледяные серые глаза... и не знаю, что и сказать. Мне дико страшно и это всё, что я понимаю сейчас.
– Я нашёл тебя в ночном клубе просто потому, что ты всегда под наблюдением. Только вот я, с головой погрузившись в работу, чтобы хоть как-то унять тягу к тебе, дал слабину, потому что не ожидал, что ты вот так уедешь. И паниковал страшно. Боялся за тебя, пиздец как. Потому что твой отец, Даринка, вляпался в подобную же вещь. А ещё потому, что ты живёшь со мной. Просто сейчас со мной - для тебя безопаснее, чем без меня.
Не в силах ни пошевелиться, ни сказать что-либо, я чувствую только холодный, липкий страх.
– Я влюблён в тебя. Но у меня опасный бизнес, Дарина. И я не завожу отношений. Как только я пойму, что ты в безопасности касательно той ситуации, ты уедешь. Думаю, что где-то через неделю. Квартиру я тебе уже купил.
Глава тридцать вторая
Возвращаюсь с ним домой в подавленном состоянии. За всю дорогу мы не проронили ни слова. Его пугающая история произвела на меня такое сильное
впечатление, что я просто не способна сейчас разговаривать. Он это понимает. Чувствует. И, наверное, молчит тоже поэтому.
– Мне нужно работать, - едва вымыв руки и выйдя из ванной, тихо бросает он.
– А тебе - отдохнуть. Поспи.
В глаза не смотрит. Общения избегает тоже. Сейчас мне это очень в тему. Я общаться сейчас просто и не смогу. За последние сутки произошло столько всего, и всё это было так сильно эмоционально, а временами так дико страшно, что сейчас я хочу только одного: забраться после душа в постель и укрыться одеялом с головой. Без телефона. Без всего.
Закрыть глаза и заснуть.
Не потому, что хочу спать. Я просто хочу хоть немного покоя.
Слишком много событий. Слишком много эмоций.
Слишком много мыслей.
Я просто хочу спрятаться.
И так и делаю.
Но сон не идёт. А мысли принимают совсем другое направление.
Я как-то сама собой перестаю думать о себе.






