Громадная горилла радостно подбежала и заухала. Видать, умаялась выступать труповозкой.
— Наблюдай!- применил боевую форму и когтями вскрыл грудину усопшего. Ими же вычистил желудок и выдернул серый кристалл.Положил последний на лед и присыпал градинами.
Продублировал свои действия несколько раз. Затем строго взглянул на мартышку и гаркнул:
— Повтори!
Вскрывать тела горилле понравилось
гораздо больше. Обезьяна восприняла задачу, как игру. Получилось у нее практически сразу. При этом примат постоянно ухал и гордо смотрел на меня, когда складывал к ногам колоры.
Понаблюдал за действиями «храмового зверя» немного. Вполне сойдёт. Кстати, надо дать обезьяну имя. Вон как старается. Принял царственную позу, чтобы горилла впечатлилась и изрёк:
— Нарекаю тебя Швондером*!
Добавил к словам ментальный посыл. А что! Классное имечко. Рожа гориллы напоминала таковую у актера в фильме «Собачье сердце». К тому же, тоже начальник. Целой стаей бабизян руководит. В общем, Буба и Швондер отличная команда!
Кстати, а где Бублентий? Давно не видел гаденыша! Заработался. Завертел бестолковой по сторонам и обнаружил пропажу. Оказалось, что моя «храмовая кобра» тоже приобщилась к процессу.
Змеюка подъедала требуху, в которую превратилась употребленная мертвецами алхимия. Наверное, несчастные залились по уши эликсирами против холода, перед тем, как сунуться сюда. Впрочем, им это не помогло. Врата до сих пор стоят, а соискатели годами лежали в толще снега.
Вернемся
к питомцу. Он раздулся и еле ползал, а ещё приобрел синие отблески на ранее иссиня-чертой чешуе. Молодец, качается. Весь в хозяина.
— Швондер! Ко мне!- гаркнул, как можно строже, призывая к себе макака суматранского, тоже ведь «один экземпляр на всю страну»*. Эх, дурак я! И юмор у меня такой же. Мало кому из молодёжи понятный. Люблю старые камешки и застрял в прошлом.
Горилла настолько впечатлилась полученной кличкой, что заложила пару крутых виражей, щедро отвешивая оплеухи другим обезьянам. Что и сказать, радости полные штаны.
— Слушай мою команду! Собери десять макак! Будете ходить за мной и делать колоры! Ещё два обезьяна пусть носят змею и суют ее в распанаханные брюха.
Помогу Бубе. Жрет прожора явно быстрей, чем ползает. Понял меня царь-обезьян не сразу. Еле втолковал, что требуется. Особенно с цифрами морока вышла. Пришлось тыкать под рожу растопыренные пальцы, изображая десятку, и продемонстрировать «козу», ради двойки.
Минут двадцать убил на пояснения, но запустил- таки конвейер. А как ещё назвать наш совхоз по утилизации мертвечины? Я шустро совершал разрезы, а десять бравых обезьян добывали кристаллы.
Несколько суток сократились до пары часов. Несмотря ни на что, устал, как черт. Бубу уже носили пятеро обезьян. Настолько питомец разожрался.






