В ответ Нека лишь слабо кивнула и поспешила за своим хозяином.
Новая рабыня уже постепенно начала привыкать к обстановке. Она убиралась в апартаментах, помогала с готовкой, но на что-то больше всё же готова ещё не была. Хвостатую рабыню даже банально за продуктами нельзя отправить, а то увидит что-то и впадёт в ступор. И под что-то подразумевались любые вещи от пролетающей мимо птицы, до самого ужасного
варианта с выводом новой порции рабов для публичного пользования.
Но в целом отсутствие насилия, как и куда более лучшие условия жизни сказывались на ментальном состоянии хорошо. Также оказывало серьёзное влияние и общение с Адой, которая служила примером для подражания. Правда Нека всё равно продолжала видеть в своём владельце скорее демона. Особенно после лицезрения жёстких тренировок, из-за которых рыжеволосая рабыня оказывалась покрыта то синяками, то ожогами.
Держать хвостатую девушку взаперти до полного психического выздоровления тоже нельзя. Весь вероятно, что затворничество лишь усугубит её заскоки, в лучшем случае просто создаст новые. Так что аристократ взял с собой свою новую вещь с кошачьими ушками на арену, попутно выдав успокоительного. Прятаться от проблем за креслом вечно не получится, как бы этого ни хотелось.
— О, господин Бальмуар, присаживайтесь! — не поворачивая головы, владелец арены и жестом, и словом подозвал к себе ещё одного этириданоса.
Лансу полагалось место на верхней трибуне нового амфитеатра прямо рядом с самим Дхинарелом Нар’Авидом потомка Дкал’Алинтар. Впрочем, стоит заметить, что как такого деления по статусу тёмный эльф на трибунах не делал. Так что здесь все этириданосы сидели вместе, несмотря на отличные положения в обществе. Тоже касалось Дхинарела, который не считал постыдным
находиться рядом с кателием. Особенно с кателием, который бил все рекорды по срокам подготовки своего этиамария.
— Какая у вас милая рабыня, — с мрачной улыбкой произнёс владелец амфитеатра. — Зверолюдки с кошачьими ушками всегда пользовались у вашего вида популярностью.
— Не могу с этим поспорить. Правда прошлые хозяева её немного повредили, так что она теперь не разговаривает и шарахается при малейшем шорохе.
— И вы её привели посмотреть бои на моей арене?
— Кому как не этиамариям вдохновлять своим бесстрашием перед взором смерти? Здесь побеждают свои страхи.
— Резонно. Правда порой зрелище может быть излишне жутким и кровавым.
— По сравнению с тем, через что она прошла, подобное будет сущей мелочью. К тому же Нека успела подружиться с моей первой рабыней. Её выступление покажет ей необходимость порой действительно крайне жестоких и бесчеловечных тренировок.
Нека стояла позади кресла своего хозяина и молча слушала разговор двух рабовладельцев.






