При этом если разбить половинки, цвет краёв осколков отличался от оттенка среза.
Это точно какая-то магия. Если бы была алхимия, то узор от краски на поверхности она на срез бы не переносила. Это просто не могло происходить естественным образом!
В одном из дневников Сэра Дардиона я нашла выноски из чужих записей. Видимо, когда он работал здесь, какие-то книги в библиотеке ещё возможно было прочесть, и учитель переписал их. В отрывке говорилось что-то о переходе. О путешествии. Предполагалось, что путешественник построит из дерева или глины сосуд для перехода в иной мир.
«После смерти что ли?» — подумала я. Но, похоже, учёный говорил о переходе в другой мир не души, а живого человека вместе с телом. Мне эти записи показались ещё более странными, чем прощальное письмо Сэра Родрика, однако если всё это магия, то каждый черепок, каждый краешек миски и часть ложки, что исчезли, попали в другой мир. Ну или застряли между мирами, если возможен переход только целостного объекта.
Для этого и нужна скорлупа.
—
Ты узнала, что это? — послышался голос Карин от двери.
Я и не заметила, что она пришла сменять дежурного.
— Мне нужны ведающие, чтобы разобраться, — вздохнула я.
— Думаешь, деревенским знахаркам что-то может быть известно о колодцах и золотых водах? — с сомнением спросила Карин. — Если бы было, твои книги бы уже об этом рассказали. Тот, кто оставил их здесь, явно догадался бы поспрашивать ведающих.
Я вздохнула.
— Ты права. Сэр Дардион был достаточно дотошным для этого.
Карин поджала губы. Она не ожидала услышать имя учителя. Неужели я до сих пор не рассказала ей о том, что все рукописные дневники здесь — его? Я не помнила.
Голова снова заболела от напряжения, и Карин вывела меня на воздух. Не сопротивляясь, я вышла под пасмурное небо и вдохнула полной грудью осеннюю влагу. Пахло мокрыми листьями и… жареными каштанами.
Найдя костёр взглядом, я направилась к его теплу.
Теойен и пара незнакомых плотников с энтузиазмом разламывали скорлупки и жевали содержимое. Но когда я подошла к ним, все трое выпрямились и замерли.
— Можно мне два-три каштана, пожалуйста? — негромко попросила я.
— О, конечно, — спохватился ближайший ко мне мужчина и переложил всю горстку, которую держал, в мои раскрытые ладони.
Этого было много, но по виду плотника я поняла, что обратно он не возьмёт ни один. Да и вообще, мужчина решил убраться подальше. Интересно, из-за чего? Я снова испортила одним своим присутствием всё веселье своих подданых?
Посмотрев на Карин и не найдя раздражения на её лице, я разделила каштаны с ней. После чего села поближе к костру. Как же на улице холодно! А ведь только начало осени.
— Какие-нибудь успехи? — мягко спросил Сэр Теойен.
Краем глаза я заметила, что это Карин его подначила.






