Его глаза остановились на моих, и на мгновение его аура крутого хладнокровия покинула его, и он выглядел потерянным и одиноким. И молодым. Несмотря на острые углы лица и щетину на подбородке.
— Айзек не был моим другом, — сказал он, глубоко вздохнув. — Я был его дилером. В тот вечер я продавал в «Дроп-Стоп». Он был там из-за меня. — Он сглотнул и отвернулся, хмуро посмотрев в ночь. Я подождала, и, в конце концов, он вернулся к моему вопросу. — Копы нашли две унции на заднем сидении моего «Чарджера». Но они отпустили меня. Сказали, что был свидетель, который говорил о том, что я был героем и спас ей жизнь. Должно быть, ты была очень убедительна. Никогда еще полицейский не давал мне поблажек.
— Что ж, я рада, что это помогло, — сказала я, — но я только сказала правду — ты спас мне жизнь.
Тень печальной улыбки промелькнула в уголках его рта.
Я подтянулась на кровати и подобрала простыни вокруг ног.
— Почему ты запретил себе приходить сюда?
— Потому что я — яд. — Его глаза остановились на моих. — Я не хочу тащить тебя вниз. Вот почему не разговаривал с тобой в школе. Если учителя увидят, что мы хотя бы разговариваем, они, не задумываясь, отнесут тебя к категории «не беспокоиться». После этого пути назад нет. И придурки в школе ничуть не
лучше. Они просто подумают, что могут использовать тебя, чтобы купить травку подешевле.
— Ага. На самом деле это уже произошло.
Джон нахмурился.
— Извини.
— Все в порядке, — сказала я. — Ничего такого, с чем бы я не справилась.
— Дай мне знать, если что-то изменится. — Он еще больше нахмурился.
— Все в порядке, — повторила я. — Я не беспокоюсь ни о чем из этого.
— А стоило бы, — упрекнул он. — Особенно, что касается учителей. Неделю назад я попытался зайти в группу по математике во время обеда, но учительница даже не пустила меня в класс. Она просто подумала, что я там для того, чтобы создавать проблемы.
— Это так несправедливо.
— Нет, это не так. Я это заслужил. — Его голос сочился горечью, а губы скривились в усмешке.
Вау. Какая серьезная ненависть к себе происходит там
. — Но было бы несправедливо, если бы хоть что-то из этого перешло на тебя. Ты этого не заслуживаешь.
Его ноги подогнулись под ним, а тело отклонилось от меня, как будто он собирался соскользнуть с края и спрыгнуть в сад внизу.
— У тебя есть проблемы со сном? — выпалила я. — С тех пор, как это случилось?
Он остановился на полпути, словно удивленный моим вопросом. Затем снова уселся на подоконник, немного поерзал, устраиваясь поудобнее. Он сидел вполоборота ко мне, склонив голову в медленном кивке.
— Тоже кошмары? — спросила я.
— Каждую ночь, — ответил он.
Внезапная улыбка промелькнула на его лице, как будто что-то
в нем осветилось при моих словах. Он опустил глаза и отвернулся, спрятав выражение лица.






