Сафи знала, что Маша жертвенности ради с Марком была?
Хочется встряхнуть её и заставить прекратить меня мучить. Готов за раз выслушать всё. Но планы меняются.
Мой телефон, орошенный минутами ранее на пол, звонить начинает.
Ожидаю звонок с работы. Но на экране, не предвещая мне ничего хорошего, высвечивается номер Надежды Васильевны.
Испытываю дежавю сильнейшее, когда взяв трубку, слышу всхлип. Она тоже плачет.
– Сереженька, ты можешь приехать? Или сказать где ты? Пожалуйста, - женщина дышит тяжело. – Пожалуйста, побудь с Иженой. Мне нужно… Нужно с дочкой попрощаться.
___
Добрый вечер, дорогие читатели. Помнится, просила уже, но сделаю это ещё раз. Давайте без явных ярких спойлеров в комментариях. У нас немного осталось.
Благодарю за понимание.
Глава 42
Сергей
Ощущение
чего-то необратимого в воздухе повисает. Стараюсь блокировать мысли, что в голову лезут. Быть такого не может. Это же Сафи. Охренеть какой жизнерадостный человек. С ней не должно ничего плохого случиться.
Маша, услышав слова Надежды Васильевны, бледнеет на моих глазах.
На короткий, но такой тяжелый разговор у нас уходит меньше минуты.
Пазл в голове складывается. Наконец-то становятся ясны причины моего дурного предчувствия. Перепады в настроении Саф становятся более чем объяснимы. Её худоба. Усталый, затравленный взгляд.
Колотить начинает.
Теперь меня интересуют подробности.
– Маш, у тебя есть не так много времени, чтобы всё мне рассказать. Продолжай с того места, на котором остановилась, - произношу, сбросив вызов.
От звука моего голоса она отмирает.
А я сам? Такое чувство, что чем-то тяжелым голову приложили. Много раз.
– Сафи здесь? Она прилетела?
– в глазах сплошная растерянность. Скорее всего, по моему
лицу она всё понимает. – Она уже родила? Да? Так все эти фото в журналах…, - она хмурится, растерянно смотрит по сторонам, будто не веря в происходящее.
Я сам пребываю в шоке. Череда тяжелых событий прорывается границы моего понимания. Почему всё именно так? Обязательно всё должно быть плохо настолько?
Понимаю, что беременность и роды по-разному на девушках сказываются, кто-то легко, почти незаметно, кто-то с осложнениями, но не так же.
– Да, Маш. Она родила полгода назад. Посиди здесь.
Усаживаю её на диван, а сам на кухню иду, чтобы воды принести. Для полной квартиры не хватает того, чтоб Маруся свалилась в обморок. Быстро возвращаюсь.
На моё удивление она держится молодцом, несмотря на то, что её мелкая дрожь пробивает.
Выпив всю воду в несколько глотков, она кивает решительно.
–
Я расскажу тебе всё. Давно надо было, - моргает несколько раз. Снова медлит.
– Продолжай, - подгоняю её спокойно.
Не только она растеряна, я сам прокручиваю в голове слова Надежды Васильевны, и не хочу в них верить.
Она морщится.
– Сафи тебя давно любила. Очень давно.






