Мне бы каким-то образом использовать её как удавку, но пока что я намотал проволоку на руку, соорудив подобие кастета.
Замок щелкает и багажник медленно открывается. Свет фар позади стоящего автомобиля на мгновение ослепляет меня, но я быстро прихожу в себя.
Оказывается, здесь машины две и желающих меня приструнить может быть в два раза больше. Но отступать некуда. Моя рука, сжимая проволоку, уже готова к броску. И когда первый ублюдок тянет руку, чтобы вытащить меня, я завожу локоть назад и что есть силы наношу удар, рассекая щеку и скулу.
Второй ублюдок словно готов к такому повороту, не теряет времени. Он тут же оттягивает меня в сторону и валит на сырую землю. Я падаю, но быстро встаю на ноги, готовый продолжать бой.
К сожалению, двое на одного — это не честное сражение и я снова оказываюсь на сырой земле лицом вниз.
Они оба начинают бить меня ногами. Пытаюсь скрутиться, чтобы хоть как-то защитить все жизненно важные органы.
Я слышу их смех и чувствую удары, которые они наносят не жалея
силы, но я не собираюсь сдаваться. С каждым ударом я все больше и больше злюсь. Я не могу дать этим ублюдкам унизить меня, я не могу позволить им победить. И в то же время, что я могу сделать лежа на земле против двух вошедших в азарт ублюдков? Как минимум, мне бы не отключится.
Казалось, они избивают меня вечно, но в конце концов останавливаются. Упыри оставляют меня лежать на земле, смеясь над своими дебильными шутками. Слышу, как они отходят в сторону, а затем наступает тишина. Это все?
Не знаю, как долго я лежу на сырой земле, стонущий от боли, а эти ублюдки мирно стоят в стороне и смотрят, как я лежу на боку. Бурно переговариваются, чуть ли не обсуждая погоду.
По моим ощущениям прошло не меньше пятнадцати минут. Все тело ноет. Любое движение приводит к резкой боли. Тыльной стороной руки стераю липкую кровь с виска и кровью харькаюсь. Голова кружится, а руки и ноги не слушаются. Краем уха я улавливаю глухие и нелепые шутки ублюдков. Они наслаждаются моей болью, но больше ничего не предпринимают. Стоят в сторонке и ждут. Чего ждут? Переводят дыхания для нового захода? Или они кого-то ждут.
— На этом все? — рявкаю на них снова сплевывая кровь. — Может теперь объясните какого хера я здесь делаю?
— Ты — закуска для червяков! — ржет один из них.
— Блядь, остроумные какие! — терять мне уже нечего, скорее всего. Поэтому и
церемониться я не считаю нужным. — И какого это, быть шавками Яниса? Где же ваш босс? Его аристократическая натура не выдерживает крови?
— Мы не работаем на Яниса.
Что за бред? Кто-то еще мне желает смерти?
Принимаю сидячее положение и подгибаю колени ко лбу. Дышать практически невозможно. Во рту сплошная кровь. Не уверен, что все зубы на месте.
И тут я слышу, как щелкает дверь. Кто-то выходит из второй машины.






