Масса преодолевала казавшиеся бесконечными серо-охристые коридоры и залы, вырубленные в горном массиве, по краям их были массивные квадратные колоны, испещренные надписями умершего языка, но было это видно лишь вначале, когда ещё доходил тусклый свет ночи.
Спустя шесть часов беспрерывного марша они подступились к винтовой лестнице, ведущей в город, что был на вершине горы, и подъем по которой занял ещё три часа; в ходе которых становилось все холоднее, а дыхание утяжелялось от непривычного возвышения.
В просторном зале сдвинулись в сторону дубовые плиты в каменном полу, из которого стали выходить один из другим воины в белых латах, пока не наводнили зал, пасмурно освещаемый из узких окон, уходящих под высокие своды каменного потолка.
Врата раскрылись, и на фоне легкой метели явились трое старцев в красных мантиях, в руках они держали большие бумажные свертки.
К ним вышли предводитель и его сотники, они вскинули вперёд
правые руки со сжатыми кулаки.
— Мы приветствуем тебя, префект.
— И я приветствую вас, достопочтенные жрецы.
Вскинутые торжественно руки опустились.
— Ты пришел, префект Стратоник, — властным тоном констатировал старец в центре, что был выше других.
— Откликнулся на ваш зов, — учтиво поклонился предводитель.
— Это все, что ты привел? — старец сощурил глаза.
Подойдя ближе, предводитель держал ответ:
— Земля истерзана, я собрал старых и молодых, это последние люди, больше не будет, — и добавил совсем тихо, — Мы обрекли на смерть всех, кто остался в низинах, чтобы спасти нашу столицу.
Старец сделал знак рукой:
— Передайте карты командирам.
Двое других в мантиях прошли к воинам и передали свертки, те раскрыли их.
Беседующие отошли в сторону, пропустив отряды, выходящие на улицу и продолжающие появляться из
прохода в полу, чтобы прибыть в указанные им общим планом подразделения.
Предводитель вглядывался в знакомые черты: точенное властное лицо старца, орлиный нос, холодные голубые глаза, седая длинная борода, из-под которой не видно было рта, сохранявшие черноту грозные брови, высокий лоб.
Повисли величественно складки красной ткани:
— При текущей интенсивности боёв, наша армия потеряет боеспособность через два месяца. Вопрос, что произойдет быстрее, они возьмут важнейшие узлы нашей обороны, или мы истратим всю живую силу. И ты привел всего лишь горстку людей…
— Протелеон! Их было больше, — Стратоник опустил взор на свои руки, голос его стал более хриплым, в нем выражалось непонимание, — я вел их секретной тропой, лучники леса хранили тайну нашего марша, отстреливая воронов. Но земля уже давно ничего не дает, а пламя было запретно для нас, потому что их глаза повсюду. Голод, холод и сырость забрали половину моих людей. Мы шли беспрерывно. Они там лежат, в лесах.






