А когда привычный уклад жизни рухнул, туман в голове начал рассеиваться.
— Но ведь теперь всё изменилось? — уточняет Ангелина. Уточняет тихо, почти шёпотом. Словно боится чего-то.
— Я бы сказал, не просто изменилось, — хмыкаю в ответ, — перевернулось вверх дном. И это хорошо, Геля. Потому что… Если бы ты не появилась в моей жизни, я не знаю, чтобы было со мной в конечном итоге. И знать не хочу.
— А я думала, от меня одни проблемы, — вздыхает она и, уловив мой недоуменный взгляд, поясняет, — ну сам посуди… Ты развёлся с женой, потерял друга, испортил отношения с отцом…
—
Ну и что было бы, если бы не ты? Жена продолжала бы изменять мне с другом, а я бы продолжал верить, что живу именно так, как должен? Насчёт отца… Нет, наши отношения никогда не были идеальными, так что, не бери в голову. И запомни раз и навсегда — я счастлив, что ты появилась в моей жизни. Прими это.
Она улыбается несмело. А я делаю решительный шаг навстречу, дотрагиваюсь до её щеки. Секунда — и наши губы находят друг друга. И вопреки всем моим опасениям и каким-то мальчишеским страхам Ангелина не отстраняется, не отскакивает в сторону с криком «что ты себе позволяешь?!». Нет, она отвечает на поцелуй. Сначала осторожно, потом всё увереннее. Её дыхание обжигает, вкус лесных ягод дурманит сознание, говорит «до свидания» остаткам здравого смысла. И остановить бы время, чтобы насладиться этим моментом, о котором я подсознательно мечтал с нашей первой встречи, но звонкий детский крик не оставляет нам шанса:
—
Мама!
А затем тихое:
— Ой…
— Спалились, — усмехаюсь я, нехотя отпустив Ангелину.
— Не волнуйся, — лукаво щурится она, — Лерка умеет хранить секреты.
— А я не хочу делать из наших отношений секрет. Наоборот, хочу рассказать об этом всему миру. Может, соберем журналистов и назначим пресс-конференцию?
— Боюсь, после такой выходки у меня не будет ни малейшего шанса понравиться твоим родителям, — Геля смеётся, воспринимая в шутку мои слова, — ладно, пошли к детям, пока они весь дом не перевернули вверх дном.
Вечером, когда солнце скрывается за горизонтом, мы вчетвером выходим во двор и хоть и с трудом, но всё же устанавливаем двухкомнатную палатку и забираемся внутрь.
— Давайте рассказывать страшные истории! — вскрикивает Ник, и Лерка тут же подхватывает идею:
— Давайте, давайте!
— Малы вы ещё для страшных историй, — хмурится Геля. — Спать потом не будете. Давайте, лучше сказку я вам сказку расскажу.
Насупившиеся, но притихшие детишки сказку слушают внимательно, затем синхронно зевают и засыпают крепким безмятежным сном.
—
Они уснули, — одновременно облегченно и растерянно говорит Ангелина, повернувшись ко мне.
— И нам пора.
— Э-э…
Она смотрит на вторую комнату палатки.
— Там?
— Ну да.
— Вдвоем?
— А тебя это смущает?
— Нет…
— Тогда пошли.






