И Бог знает что наговорил ей! Да ещё и сыграл на чувствах двух пятилеток! Нет, это слишком даже для Альберта Вавилова.
Влетаю в его кабинет без стука, злой, как тысяча чертей. Увидев меня, отец багровеет от возмущения:
— Артур! Ты что себе…
— Что ты сказал Ангелине?!
Отец коротко усмехается. Моё поведение не становится для него неожиданностью.
— Ничего кроме правды, — жестко отвечает он.
— Что. Ты. Ей. Сказал.
Видимо в моем голосе прозвучали совсем уж нехорошие нотки, потому что отец всё же пускается в объяснения.
— Сказал, что вы не подходите друг другу и предложил ей работу. Думал, она сразу же согласится, но нет… Она в тебя вцепилась, словно хищник в свою добычу. Хваткая дамочка…
Я окидываю сидящего в кожаном кресле человека внимательным взглядом, и невидимый тугой обруч, стягивающий мою голову, будто бы лопается. В груди что-то обрывается, я с шумом выпускаю воздух из лёгких и тихо, но отчётливо произношу:
— Не смей больше лезть в мою жизнь.
— Артур… — отец медленно поднимается на ноги, явно намереваясь выдать очередную тираду, но я останавливаю
его жестом:
— Хватит.
Решительно подхожу к полкам и хватаю чистый белый лист. Несколько секунд… Заявление, дата и подпись.
— Что это? — отец смотрит на протянутую бумагу и не может скрыть свои эмоции: гнев, удивление, злость, недоверие… Давно я не видел его таким. Настоящим.
— Ты понял, — легко пожимаю плечами, — я увольняюсь. И это моё окончательное решение. Со временем ты поймёшь, что так будет лучше.
Артур
По дороге домой несколько раз пытаюсь осмыслить только что произошедшие события.
На самом деле, решение было одновременно и спонтанным, и продуманным. Будто бы я давно вынашивал эту мысль, но боялся четко её сформулировать и озвучить.
Ведь отец растил и воспитывал меня для того, чтобы однажды я стал его преемником. Долгие годы я жил этой идеей, верил, что так должно быть, что в этом и есть цель моей жизни и моё предназначение.
Позже в мою голову начали закрадываться подозрения, что что-то я делаю не так. Ну а потом, когда встретил Ангелину… Стало понятно, что я и не жил вовсе, а просто воплощал план отца в реальность. Чтобы трезво оценить свою жизнь, мне пришлось с головой окунуться в проблемы посторонней
девушки.
Мы оба были в западне. Ангелина выбралась из неё, теперь моя очередь.
Сидя за рулем своего гелика, я испытываю такое умиротворение, которого не испытывал… да примерно никогда. Были момент, когда я чувствовал себя счастливым. Но вот целостная картина сложилась только сейчас.
Сейчас всё правильно. Всё на своих местах.
Захожу в гостиную и сразу же вижу Гелю. Она стоит спиной ко мне возле панорамного окна, наблюдает за играющими во дворе детьми. Обхватила себя руками — типичная её защитная поза.






