Что угодно! Хочешь, я перед тобой на колени встану? Хочешь?
– Господи, нет, конечно!
– Отпусти его. Позволь мне сделать его счастливым. Отцом… мужем. Тебе же все равно не до этого, господи! Ты же вся в искусстве. А я… Я вся в нем. Вот и все. Вся разница между нами.
– Вы ошибаетесь, – во второй раз повторила я. А Катя почему-то восприняла это так, будто я ей в открытую объявила войну. Ощетинилась вся, подобралась…
– Он все равно с тобой не будет! Ты слышишь, что я сказала? У Артура передо мной обязательства. Он исполнит их. Мы поженимся!
– Я услышала, Катя. Пожалуйста, не волнуйся. Тебе же нельзя.
– Как будто тебя это волнует.
– Волнует. Потому что это и его ребенок. – Глаза выжигает солью, но я же не могу позволить себе расплакаться.
– Значит,
ты его отпустишь? – спросила Катя, прижимая ладонь к животу. Совсем не нарочито, нет. Тем самым неосознанным жестом беременяшки.
– Я отпущу. Если он этого захочет.
Уходи же. Уходи, блин! Этот разговор и так меня перемолол!
– Кхм… Кхм… – звучит за спиной как отсрочка гибели. Я оборачиваюсь. На пороге…
– Вера? Привет.
Глава 21.3
Сказать, что я удивлена, увидев супругу Шведова – ничего не сказать. Пусть мы и пересекались несколько раз еще в той, прошлой жизни, наша зарождающаяся дружба прервалась с моим отъездом.
– Привет! Как ты? Ничего, что я заскочила? Подумала, тебе не помешает дружеская поддержка, – с мягкой улыбкой заметила она.
– Да, конечно. Катя… уже уходит.
К счастью, той хватило ума понять мой намек верно. Как только за ее спиной захлопнулась дверь, из меня будто стержень вынули. Я осела на постель, спрятав лицо в ладонях. Но остановить охватившую меня дрожь это не помогло.
– Тщ-щ-щ, ну, ты чего расклеилась?
– Ничего… Ничего. Сейчас. Сейчас возьму себя в руки…
– Я слышала, что эта женщина говорила.
– Вы незнакомы? – удивилась я.
– Нет. Но Шведов говорил, что Артур прислал ему приглашения на свадьбу. Она состоится?
– Ну, ты же слышала, что Катя сказала? – горько рассмеялась я.
– Гораздо важнее, что на этот счет говорит Вершинин. – Вера осмотрелась и только тут я заметила скромный букетик астр у нее в руках.
– Ваза на подоконнике, – подсказала. – И спасибо за цветы.
Положенные случаю церемонии давались с трудом. Хотелось забиться в нору и не отсвечивать. Мозг в каком-то совершенно авральном режиме перерабатывал полученную информацию… Искал пути обхода. И не находил.
Наверное, мне следовало просто смириться с тем, что Вершинин переживет не со мной две полоски на тесте, УЗИ, первые шевеления в животике. Не я схвачу его за руку, когда буду рожать. Не мне опустят на грудь его дочь или сына. Не я расплачусь у него на плече от умиления. Не со мной он продолжится на земле… И вообще… в принципе… не со мной будет. Ну и ладно, да? Мне, наверное, даже следовало бы порадоваться.






