Наверное, думала, что я представлю ее своему внуку и попрошу Максимилиана пригласить ее на танец. Но в тот вечер я смотрела на Иниту и видела перед собой совершенно другого человека. Ты не только не истерила и тому подобное, требуя к себе соответствующего отношения, как и не узнавала меня. Ты даже бровью не повела, когда я дала о себе знать. Поэтому я и решила отправиться вместе с тобой в имение. Думала, что ты притворяешься и хотела вывести на чистую воду. Только все оказалось не так, как я ожидала.
Ты открылась передо мной совершенно другим человеком. Не только красавица и умница, но и справедливая, да и отношение к слугам хорошее. И несмотря на то, кем ты стала, не чуралась работы. Это о многом говорит. И я решила воспользоваться моментом. Подумала, а почему бы и нет? Как раз такая девушка и нужна моему внуку, а не склочная истеричка. Поэтому я сперва скрывала от тебя твое истинное положение. Хотела, чтобы ты не только привыкла, а привязалась к нам. Фардан тоже со мной согласился. И мы договорились с ним писать разные отчеты насчет тебя, чтобы заинтересовать Максимилиана.
– Вы доносили на меня герцогу?! – возмущенно воскликнула я, не удержавшись. Ну это вообще!
– Не горячись, пожалуйста, – герцогиня накрыла мою руку своей ладонью. – Таким образом мы хотели подогреть интерес внука к тебе. А то женился и тут же сослал молодую супругу в дальнее имение. И у нас почти получилось. Не зря же Максимилиан сам лично приехал в эту глушь, а не отправил вместо себя незаменимого Фардана. Значит, он собственными глазами хотел увидеть и удостовериться в наших словах или опровергнуть их. Да и личное приглашение от императора лишь уверило нас в наших правильных поступках. Он тоже заинтересован, чтобы герцог Айленский как можно скорее обзавелся наследниками, – щеки мои тут же вспыхнули, но я упорно затолкала
воспоминания об одной единственной ночи с герцогом глубже. – Позволь мне тебе помочь, – последние слова она проговорила тихо.
Я взглянула на герцогиню. Казалось, с моим внезапным уходом она немного осунулась. И я действительно за эти месяцы прикипела к ней всем сердцем и душой. Разве можно судить человека, если она действовала в благих намерениях? Правда, не спросив моего мнения. Но ее помощь мне не помешает.
Через пару часов мы покидали столичный особняк моего мужа всей нашей честной компанией. Казалось, что все были настроены «против» герцога, раз и бабушка, и поверенный, и даже верный слуга хотели сохранить ему статус женатого человека. И я не знала, как к этому относиться. Но у меня была своя цель и только что все было запущено для того, чтобы дойти до конца.






