И Сюзи на стороне морской стихии — она лягается, вырывается, хрипит, дрожит от шока и усталости, как будто просит: «Отпусти меня! Хватит!» Гэвин перехватывает руки, хватает ее за передние лапы, собака взвизгивает от боли, он тянет ее за мех, приговаривая: «Сюзи, милая, ну давай же, давай!» Но, видимо, она сильно ушиблась во время падения, и силы ее на исходе.
— Сюзи!
Но собака выскальзывает из его рук, оставляя на ладонях лишь клочья мокрой шерсти, и через секунду волны сходятся над ее головой, и вот уже на поверхности воды ничего нет.
Глава 21
ПЕСНЯ
Мама-олуша наконец-то вернулась с зажатой в клюве маленькой серебристой рыбкой. Прямо на палубе она разрывает рыбку на части, глотает, а затем извергает полупереваренную пищу обратно в клюв птенчика. Гэвин и Оушен, потрясенные смертью Сюзи, наблюдают за этим процессом почти равнодушно. Они избегает смотреть друг на друга, а Гэвин снова занимается самоуничижением. Это он во всем виноват, дурак старый. Решил самостоятельно пересечь океан, как же! Полный идиот. Вот Клайв — хороший моряк… Эх, им бы с Клайвом стоило дойти сюда давным-давно, когда они еще были молоды… Эх. Тогда все было бы по-другому.
Начинают появляться птицы, значит, до земли уже недалеко. Чайки, фрегаты кружат над морем, прозрачные кальмары выпрыгивают из воды. В воздухе уже чувствуется запах суши, ощущение близкого берега. У них все есть: и вода, и еда, и даже топливо еще осталось, но радость жизни ушла. Они не чувствуют голода, не хотят спать.
Оушен плачет не переставая, только иногда затихает на короткое время. Как ему утешить дочку? Ее собака действительно утонула, таков факт этой жизни. Иногда девочка взглядывает на него красными, опухшими от слез глазами. Она пытается понять, зачем это произошло, но понимает лишь одно: у нее больше нет сил выносить это. С нее хватит. Она ненавидит яхту, ненавидит море.
— Папа!
— Что, моя ду-ду?
— Мне так грустно, папочка…
— Я знаю, детка. Ты сегодня выглядишь очень печальной.
— Когда же мы приплывем в волшебное место?
— Скоро.
— Когда это «скоро»?
— Через два дня.
— И мы больше не будем жить на яхте?
— Не будем.
— Долго не будем?
— Так долго, как ты захочешь.
— И там будут черепашки?
— О да. Галапагос по-испански означает «черепаха».
— Я не люблю черепах.
— Но ты же никогда не играла с ними!
— Все равно они мне не нравятся.
— Но, возможно, они тебе и понравятся. Эти острова действительно необычайно интересны. На них останавливался сам Герман Мелвилл.
— А это кто?
—
Тот писатель, что написал роман «Моби Дик». Помнишь, я тебе рассказывал?
— Про белого кита?
— И про капитана Ахаба с деревянной ногой?
— Да.
— Ахаб пытался убить кита, а вместо этого убился сам?
— Правильно, так и было.
— А мы ведь не видели белого кита, да, папа?
— Нет, никогда.






