Во всяком случае, еще долгое время после премьеры мальчишки из нашей труппы смотрели на меня влюбленными глазами и звали Принцессой.
— Ты принцесса, — сообщила я невыразительной девице. — Принцесса!
Да только вот верилось в это с трудом. «Снулая рыба! — выплюнуло подсознание голосом Ильи. — Никчемное создание!»
Глаза защипало, но я решительно сжала губы. Ну-ка, Ленка, вспомни, как ты умеешь привлекать внимание противоположного пола!
Я вытащила из тумбочки давно забытую там косметичку со всеми прибамбасами и приступила к делу. Тональник, тени, стрелки, острые, будто стрелы Купидона, черная тушь, яркая помада, капелька духов на запястья и за мочки ушей. Вот так тебе, Илья!
— Красотка! — воскликнула Олеся, подрулив на своем «Ниссане-Микро» прямо к крыльцу и распахнув дверцу. — Запрыгивай!
2
Ночной клуб Crystal Carnival
открыли всего месяц назад неподалеку от центральной площади нашего провинциального города. И, конечно, он стал настоящим событием для Мартинска. Про сияющий огнями куб со стеклянными гранями, по которым скользили изображения диковинных птиц, растений и животных, даже сделали репортаж на центральном канале телевидения. Местный бизнесмен, когда-то уехавший из глубинки в столицу и заработавший там миллионы, теперь вернулся в родной городок, чтобы «показать людям лучшую жизнь», — как он сам сказал, улыбаясь в камеру.
Жители Мартинска не особо верили, что дело выгорит, но пока ночной клуб действовал и процветал.
Олеся с трудом отыскала место для парковки за пару кварталов от сияющего куба, и мы, надвинув на глаза капюшоны, поспешили по рыхлому снегу туда, где, приветливо распахнув двери, ждал гостей ночной клуб.
Оставили пуховики в переполненном гардеробе и зашли в квадратный зал, где гремела музыка и кружились цветные искры стробоскопов. Из-за зеркальных панелей на стенах зал казался куда больше, чем был на самом деле. По периметру стояли столы, в центре располагался бар с высокими стульями вдоль стойки, все остальное пространство было отдано под танцпол. Разгоряченные напитками и атмосферой этого места, гости отплясывали вовсю. Тела слились в единую многоголовую и многорукую массу.
«Зачем я согласилась?» — тоскливо подумала я.
Мне снова захотелось забиться в самый дальний угол, заткнуть уши, закрыть глаза и просидеть так все обещанные Олесе два часа.
— Пойдем-ка выпьем! — крикнула Олеська, стараясь переорать грохот.
Она схватила меня за запястье и поволокла за собой к стойке бара, рассекая толпу, словно маленький, но отважный ледоход. Не вырываться же?
Мы взгромоздились на барные стулья. Кошмар, кто только изобрел эти пыточные сооружения? На спинку не откинуться, подошвы туфель на высоком каблуке скользят по металлической подножке — не зацепиться.






