Это замешательство дало Уэйду время подняться.
Джервис попытался освободить себя. Наконец его ноги распутались и снова встали.
«Железный дровосек» полыхнул. Первый удар разрезал ноги пополам. Без основы единства ноги теперь бесполезно подпрыгивали независимо друг от друга.
Джервис, ходячий торс, в ужасе поднял глаза. Второй удар топора попал в правую руку Джервиса, третий - в левую.
– Теперь я сделал пятерых из тебя, - заметил Уэйд.
– Что ты собираешься делать сейчас? Катиться за мной?
– Вот дерьмо, Уэйд. Ты всё испортил, - пожаловался Джервис, расчленённый.
– Давай приступим к делу, - Уэйд упал на одно колено.
– Где бомба?
– Не могу
тебе сказать, чувак. Это против правил. Через минуту после полуночи взрывается бомба, и с этим ничего не поделать.
– Всего через минуту? Но лабиринт уходит в полночь.
– В эту минуту, Уэйд, лабиринт будет за миллион миль, - Джервис повернул голову к настенным часам. Он улыбнулся.
– Двадцать пять минут.
– Скажи мне, где она!
– Нет, дружище. Однако у этой дурочки такая же мощность, как у боеголовки Pershing II. Всё - кампус, город и все люди в нём - испарятся. Мы говорим о радиусе десяти миль выжженной земли.
Уэйд оцепенел от отчаяния.
– Властитель любит оставлять свой след, - продолжил Джервис.
– Просто маленький сувенир, как обещание на ветру.
– Но тысячи людей умрут!
– крикнул Уэйд.
– Да, но когда-нибудь Властитель вернётся для фазы восстановления населения. Когда это произойдёт, он убьёт ВСЕХ на Земле.
Теперь Уэйд стоял на обоих коленях, просящий.
– Джервис, пожалуйста!
– Придётся просто обойтись без земного экземпляра. Уверен, что в трюмах они найдут что-нибудь подходящее, в этом нет ничего страшного. Так что посмотри правде в глаза, Уэйд. Ты облажался.
—
Глава 40
В бимагнитном поле с эффектом электростатики Властитель закрыл глаза. Он закрыл глаза, как усталый старик. Кровь его гипервотического сердца и линейных сетчатых вен текла медленно и прохладно. Так много энергии наводнило резервы, что не оставалось ничего, кроме незаметных систем переключения. Однако на этом этапе Властителю больше ничего не было нужно. Он мог спать и видеть сны, пока лабиринт готовился к перезарядке и уходу.
Приятно было спать - долгожданное затишье в бесконечной
ярости высокоскоростных компьютерных транзакций. Теперь всё живое в лабиринте спало, за исключением нескольких сестёр в аварийном датчике. Другими словами, Властитель был совершенно один. В этом странном магнетическом одиночестве он чувствовал покой.
Джервис был так далеко, его приёмные сигналы больше нельзя было прочитать - не осталось ни силы, ни крови. Властитель предположил, что Джервису не удалось сохранить экземпляр Земли. Это было прискорбно, но это не имело большого значения. Властитель устал от этого легкомысленного мира.






