Просыпаться вместе с ней, собираться каждое утро рядом с ней — это самое настоящее семейное счастье.
Все хорошие чувства, которые я испытывал сегодня утром, улетучились к чертовой матери. Я здесь всего пятнадцать минут, а эти придурки уже успели вывести меня из себя.
— Не может быть, бл*дь, чтобы мой отец претендовал на новую территорию. Я бы знал, — рычу я.
Они обвиняют моего отца и Джона-старшего в сговоре с целью захватить половину Нью-Йорка, перебив другие семьи.
— Ты уверен в этом, Ти? Весь этот брак между семьями планировался для создания альянса. Мы получили доказательства того, что Джон был замешан в торговле детьми. Мы проголосовали за исключение. Твой отец был единственным, кто наложил вето на это решение.
Я не верю.
— Мой отец много кем был, но даже он никогда бы не стал заниматься торговлей людьми, тем более детьми.
— Ты прав. Он бы не стал.
Сознательно
. К сожалению, он был слеп ко всему, что делал Джон. Отказывался в это верить, — говорит Бено, глава
семьи Гарзо.
— Где же эти доказательства? И если Джон-старший был замешан в этом, что происходит теперь, когда его не стало?
— Вот. — Мне бросают папку с документами. Есть несколько вещей, которые мафия не потерпит: секс-трафик и все, что связано с детьми. От этого дерьма мне хочется выблевать яйца, которые я ел сегодня утром. Открываю папку и просматриваю содержимое: фотография за фотографией Джона-старшего и Джона-младшего в доках… со стальными клетками, в которых детей грузят на корабли. Я захлопываю папку и кладу ее обратно на стол. Мне больше не нужно это видеть. — Послушай, мы уверены, что ты не был в курсе. Знал ли твой отец и был ли он в этом замешан, сейчас не имеет значения. Что нам нужно сделать, так это положить этому долбаный конец.
Я бы с удовольствием покончил с Джоном-младшим
.
— Я с радостью расправлюсь с ним сам, если вы этого хотите, — предлагаю я, откидываясь в кресле.
— Если бы это было так просто, он был бы уже мертв. То, что нам нужно от тебя — тебе не понравится, но только так мы сможем уничтожить весь этот гребаный бизнес, — говорит Бено.
— Ладно, давайте послушаем этот грандиозный план. — Следующие двадцать минут я сижу и молча слушаю, оказывая каждому боссу то уважение, которого они заслуживают. Когда они заканчивают рассказывать мне свой план, я соглашаюсь. Так будет лучше. Есть только один недостаток:
я
ни хрена не хочу этого делать
.
Я не могу этого сделать. Но есть ли у меня выбор?
— Ты уверен в этом? — спрашивает Нео с пассажирского сиденья.
— Похоже, другого выхода нет. Кроме этой хреновины с торговлей людьми, этот придурок не собирается отказываться от своей вендетты против Холли. Он знает, как добраться до меня, и наши коды для него ничего не значат. Я должен его уничтожить.






