— Что ж, готовься, потому что на следующей неделе ужин будет просто бесподобен. — Лана
улыбается и открывает дверь, как раз в тот момент, когда машина останавливается возле ее дома.
Глава шестая
Холли
— Черт! — Две сумки из моей правой руки падают на пол, когда я пытаюсь вставить ключ в замок.
Жить в квартире
, говорят они.
Это нью-йоркский образ жизни
, говорят они. Кто бы они ни были, они чертовы идиоты. Сегодня я трижды возвращалась в свою новую квартиру, каждый раз с сумками, полными покупок.
Начинать все с нуля — это гораздо больше проблем, чем я предполагала. И мое достижение первого дня — мне удалось полностью укомплектовать кухню. Уверена, что когда я начну распаковывать сумки, я почувствую себя лучше от покупки всех этих
новых
вещей.
Но сначала мне нужно принять душ. Мне нужно переодеться в удобную пижаму и новую пару розовых пушистых носков, которые я купила сегодня. Прежде чем отправиться в ванную, я кладу бутылку
белого вина — ту самую, мимо которой я просто не могла пройти — в морозилку, чтобы охладить. Надеюсь, что к тому времени, как я приму душ, я смогу заказать еду, выпить вина и распаковать кухонные приборы и посуду.
Горячая вода, стекающая по моей спине, — именно то, что мне нужно. Пока я намыливаю тело кокосовой пенкой, мои мысли уносятся к человеку, о котором я изо всех сил старалась не думать сегодня. Я не позволяла себе вспоминать, как пиджак обтягивал его широкие плечи. Как его глаза, блуждая по моему телу, оставляли шлейф бабочек и мурашек по всей коже.
Кончики моих пальцев проводят по шее, затем опускаются к середине груди и далее к пупку. Нет, я не думаю о его самоуверенной ухмылке, когда один уголок его рта приподнялся, как будто он боролся с улыбкой. Или о его голосе, хриплом глубоком тембре, который пронизывал меня насквозь. Нет, я не думаю о том, что моя киска умоляла прикоснуться к ней, когда он произнес мое имя через закрытую дверь. Моя рука опускается ниже, касается половых губ. Раздвинув их, пальцы медленно обводят клитор.
— Ммм… — Моя голова откидывается назад, ударяясь о кафельную стену. Как будто мои внутренности были напряжены весь день и ждали разрядки. Вставив два пальца, я медленно ввожу и вывожу их, прижимая ладонь к клитору. — О, черт! —
Как бы я хотела, чтобы это была его рука. Как бы я хотела, чтобы его рот обследовал каждый сантиметр моего тела.
Другой рукой я обхватываю левую грудь, сжимаю сосок, представляя, каково это, когда его рот прижимается к ней. Мои пальцы набирают скорость. Я гонюсь за этим кайфом, и он так близок. Закрыв глаза, я мысленно представляю себе его образ: высокий, широкоплечий, загорелый.
Он так чертовски горяч, что просто дымится.
Смотрю прямо в его темные глаза — по крайней мере, так я их себе представляю — и достигаю пика. Мои бедра сжимаются.






