ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пустой, Автор - Сомов Андрей, Серия - Вселенная S-T-I-K-S, , Жанр - Боевая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Пустой Сомов Андрей Пустой, Автор - Сомов Андрей, Серия - Вселенная S-T-I-K-S, , Жанр - Боевая фантастика, Фантастика. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Часть 1. Опять не повезло. Сомов Андрей. «Пустой». Глава 1. Я шел как всегда внимательно смотря себе под ноги. Левая нога еще работала нормально, а вот с правой, совсем беда. Колено напрочь отказывалось сгибаться, а стопа уныло отвисала и отказывалась работать правильно. Приходится опираться на трость. От такой походки, с годами появилась старческая сутулость, но красоваться стройной офицерской выправкой мне теперь не перед кем. За спиной, на одной лямке висит молодежный рюкзачок веселой и яркой раскраски, в котором папка с документами медико-социальной экспертизы и розовая справка сообщающая всем желающим, что ее счастливый обладатель является инвалидом третьей группы. А могли бы уже и вторую дать! Жлобье! На всем экономят. И куда мне с рабочей третьей группой? На работу устроится? Пешим курьером? До подземного перехода оставалось совсем не много. Главное, что бы в меня сейчас никто не воткнулся с разбегу. Я как мог прижимался к краю тротуара, наступая ногами в лужи, хочется надеется воды, и распиннывая привокзальный мусор из пустых пластиковых стаканчиков и сигаретных окурков. Вспоминаются прошлые беззаботные годы. Я был просто уверен, что участь привокзал

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Плешивый, как я понял, просто пошел на принцип. Не хотел включать заднюю перед золотозубым. Мнил себя главарем «банды».

– Я сказал с нами пойдет, и все тут.

– Ой ой ой… – ехидно прокудахтал татарин.

Тощего, казалось вообще ничего не интересовало. Его внешний вид говорил о том, что он тут вообще яко бы случайно. И вообще не понятно, как попал в эту компанию. И не интересует его ничего…

Троица пошла вереди меня. Я, как телок на привязи ковылял за ними. Тощий в самом начале пути отошел от компании и подшагнув ко мне полушепотом спросил, так что б не услышали приятели:

– А точно ты здесь один? Бабы нет?

Те двое все услышали. Ржание

стало просто диким. Тощий аж подпрыгнул к ним:

–Да тише вы… сейчас всю нечисть соберете.

Те двое, не унимались. Раздосадованный, что стал объектом насмешек, подпрыгнул ко мне, замахнулся рукой для удара с целью выместить на мне свою досаду за услышанный компанией вопрос. Лицо его мгновенно преобразилось, из меланхоличного типа он мгновенно стал агрессивным тварью с перекошенным лицом и бешенными глазами. Лицо тощее, с проваленными в череп глазами наркомана со стажем. Но глядя на меня, полудохлого, остановил замах. Видимо постеснялся. От него я получил только леща по затылку, который, впрочем, чуть не сбил меня с ног. Вырвал у меня из рук бутылку с вонючей жидкостью, из другой руки открученную пробку, которую я просто держал в расплющенных и сбитых чугунной крышкой люка пальцах. Отскочил от меня к напарникам и зашипел на них:

– Да тише вы…

Так это он там что, дюймовочку в траве искал?

Те не могли уняться. Идя передо мной, подкалывали все время тощего, друг друга, меня, с трудом

бредущего вслед за ними. Шутки были злые, не смешные, обидные. Впрочем, эти по-другому и не могут.

Я шел вслед за ними по полю, стараясь не наступить босой ногой на засохшую ветку, колючку и прочую радость для голой ноги горожанина, и ничего не понимал. Кто эти люди? Куда я с ними иду? Зачем? Явно о сложившейся ситуации они знали видимо больше меня. Куда ни будь да выведут.

Вот, что было одновременно предметом и гордости, и крайнего моего недовольства, так это тонкое парфюмерное обоняние. Еще не подозревая, какое важное значение в жизни человека имеют запахи, я с самого детства, не ведая того, играл в Жан-Батист Гренуя. Первое воспоминание о проблемах, которые доставлял мне мой нос, могу сам себе напомнить, когда я был в детском лагере при средней школе. С самого утра мы, десятилетки уныло брели в здание опостылевшей школы, где вынуждены были лицезреть рожи одноклассников и выслушивать замечания о своем безобразном поведении от не менее любимых учителей.