Не густо, конечно… Но, хоть так…
Квартира бандюгана, была обставлена с фантазией дятла! Главное «шоб бохато!». Кругом какая-то дурацкая позолоченная лепнина, широкая кровать, «траходром» с балдахином и громаднейший телевизор на стене. Теперь, увы, совершенно бесполезный. Ламинат на полу, а на нем заляпанный местами ковролин непонятного цвета. Натяжной потолок с запрятанной в нем цветомузыкой.
Потолок,
и без цветных лампочек искрил всеми цветами радуги, отражая от себя содержимое комнаты. Он был глянцевым, как в магазине. Словом – «цынщина». На приводимых им сговорчивых дам, такая сказочная роскошь действовала благотворно и расслабляюще. У меня она вызывала желание хлопнуть себя с размаху ладонью по лбу.
Я вспомнил наши совместные посещения бань и дешёвых ресторанов. Те подруги, которые я видел постоянно рядом с ним, и ему подобных, на подобные вещи падки.
Дешевки еще те…
Поплотнее завалив входную дверь разным хламом, я начал пожирать обнаруженные мною ранее продукты. Пережевывая что-то, я не чувствовал вкуса, мысли мои были далеко и были они крайне невеселыми. Хватит ли у меня сил, наглости и смелости совершить задуманное? А если все совсем не так как сказал мне Знахарь? Чудик то ведь был еще тот… Может он вообще пошутил и прикололся надо мной? Мало что ли меня кидали в жизни, и друзья подставляли не раз. А уж про женщин лучше вообще не вспоминать. А он мне кто? Самый родной или лучший друг? Да нет… зачем ему все это?
Хватит мучить самого себя глупыми сомнениями и рефлексией! Остановил я сам себя и свой панический поток мыслей. Рубикон перейден, теперь или пан, или пропал. В любом случае хуже уже не будет. Хуже просто не куда.
Я наконец то выспался! В
кровати! Хорошие пластиковые окна давали почти сто процентную звукоизоляцию, и я не слышал крики и урчание с улицы. По среди темной с отблесками пожарищ ночи, меня разбудил чей-то крик и барабанная дробь руками и ногами в заваренную мною подъездную дверь. Нет мужик, иди в другой подъезд, сюда тебя уже не пустят. Крики и стук длились не долго. На шум прибежал кто-то серьезный. Я услышал последний крик испуга и боли, хруст чего-то ломающегося и чавканье. Затем все стихло. Я с головой накрылся одеялом.
Проснулся только к обеду, поэтому завтрак и обед был совмещенный и очень обильный. Холодильник открывать уже было не надо, и я себя похвалил за предусмотрительно вытащенные из него продукты.
Если бы еще крики и урчание снаружи дома не перебивали аппетит, то все было бы вообще отлично. Я было подумал закрыть окна одеялом, для светомаскировки, но потом мне просто стало лень рвать на тряпки что-либо. Разводить огонь я не собирался и поэтому просто опустил жалюзи на окнах квартиры.
Орудуя резаком, за неполные два дня вскрыл все двери в подъезде.






