Но это действовало не на всех, и Адриан был крайне рад попасть в число этих «не всех». Зато султан и военачальники Осмохирра сдавались, так сказать, без всякого боя. Грегори издевался над ними, как хотел, а те только глупо улыбались. Однажды, он не выдержал и поинтересовался у учителя, почему так происходит. Тот смерил его уже привычным презрительным взглядом и ответил, что в Осмохирре распространены гаремы, мужчины исторически не берегут свою силу, постоянно растрачивая ее на женщин и развлечения, истощая себя, а с этим уничтожая сопротивляемость своего сознания. Поэтому для него они сродни
куклам в детской комнате: расставляй по полкам, как хочешь, подстригай, как хочешь, откручивай части тела, как хочешь. Впрочем, им это было только на руку, достаточно крупная армия Осмохирра почти в полном составе перешла под руководство Грегори Реймаса. И это тоже была часть их хорошо продуманного плана. Работать с шелвудцами оказалось труднее, те были осознаннее и сопротивлялись манипуляциям, поэтому после Ливиррских лесов постоянно уставший и раздражённый Грегори плюнул на всё, и они направились в Осмохирр почти налегке.
Получив вожделенное разрешение, Адриан поспешил в свою комнату, оставив Грегори издеваться над султаном. Руки молодого человека чесались, его ждало нечто новое и очень занимательное.
Заперев дверь и скинув плащ, он сел в кресло, вытер вспотевшие от ожидания ладони о колени и раскрыл толстенный старый фолиант. Переплет натужно заскрипел, давай понять, что может не выдержать в любой момент и взорваться страницами. Адриан погладил книгу, облизнув губы. Внутри нарастало возбуждение, волосы на затылке зашевелились. Он все никак не мог понять, почему раньше не сталкивался с этими знаниями, как они могли от него так долго скрываться, когда возможности, которые они давали, были безграничны. Адриан усмехнулся прочитав следующую страницу. Хотя она и была написана на старом общем наречии, но он его знал, ведь не просто так был одним из лучших учеников академии.
— Теперь я знаю, что нужно делать, — пробормотал Фонтренк. — Лана будет моей, а ты, — он представил себе лицо Валкара, посылая этому образу всю свою ненависть, — а ты сдохнешь, как я и обещал тебе. Я стану лучше и сильнее, и ты ничего не сможешь сделать.
Сделав большой довольный вдох, Адриан перевернул страницу, приступая к новой
главе по изучению магических заклинаний для усиления физической силы.
/Эльсинор/
Цитадель была великолепна. Она словно сошла со старинных рисунков книг из каюты Валкара. Жители деревни суетились, стараясь не отвлекаться на ее красоту и величие, дел было много. Но увиденное всех поразило и зарядило надеждой так сильно, что работа стала продвигаться куда быстрее.






