И почему чуть ранее я не обратила на это внимание? Ведь не раз видела его полуголым! Правда в те моменты он был немного не в форме, да и я занята иными мыслями. Но все же?
Тихо выскользнув из кровати, направилась в ванную комнату. Сна больше не было ни в одном глазу, видимо мой организм уже успел окончательно проснуться. Хотелось смыть с себя прожитый день, да немного подкрепиться хоть чем-нибудь.
Приняв душ, с неудовольствием отметила, что забыла прихватить из гардеробной чистое белье и домашнее платье. Пришлось надеть халат
на голое тело, что я никогда не делала. Была мысль войти в гардеробную и одеться как следует, но ее я отмела одним взмахом руки. Своим копошением в его полочках я наверняка разбужу супруга.
Увы, но, как говорится, человек предполагает, а бог располагает. Стоило мне только вернуться в спальню, я забыла о своих первоначальных планах.
Виллард спал и, судя по всему, крепко. Но даже во сне его мышцы были напряжены и скованны, будто воин, что живет в постоянном ожидании неминуемой битвы. Его лицо, наполовину скрытое, густыми и темными волосами, было хмурым и недовольным, а на лбу то и дело пролегала вертикальная складка. Сквозь прикрытые веки виднелось хаотичное движение глазных яблок, словно его подсознание переживает кошмар, который никак не может закончиться.
Мне впервые после предательства Славика захотелось прикоснуться к мужчине самой, поделиться своим теплом, разогнать мучавший его кошмар. Впервые, несмотря на сложившиеся между нами отношения, я сама проявила инициативу, желая успокоить его и отогреть. Впервые сама добровольно прикоснулась к мужу… чтобы тут же оказаться подмятой под его массивное тело. Пискнуть не успела, как его тьма заволокла нас, скрывая от реальности.
– Виллард! – громко возмутилась и попыталась ослабить его захват.
Моему супругу понадобилось всего пару секунд, чтобы проснуться и окончательно осознать происходящее.
– Мари? Что…? О, прости!
Он перекатился в сторону и с усилием потер сонное лицо. Я же замерла, не в силах двинуться с места. Испугалась знатно, что уж тут скажешь.
– Как ты себя чувствуешь? Я не причинил тебе боль? – неожиданно задал
он вопросы.
Я прислушалась к своему телу. Вроде все хорошо, только сердце скачет в груди, да дыхание немного сбилось. Но отчего, я так и не сумела понять – то ли от испуга и неожиданности, то ли от тех ощущений, которые я успела почувствовать, будучи под его телом.
– Нет, все нормально. Тебе снились плохие сны, и я…
– Хотела разбудить?
– Да, но, наверное, мне не стоило к тебе прикасаться, - произнесла на одном дыхании.
– Испугалась? – как-то слишком участливо произнес он, чем смутил меня окончательно. До этого момента он не слишком то проявлял заботу в словах, только в своих действиях по отношению ко мне.






