ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Преданная, Автор - Акулова Мария, Серия - Преданная [1], , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Преданная Акулова Мария Преданная, Автор - Акулова Мария, Серия - Преданная [1], , Жанр - Современные любовные романы, Любовные романы. Читать бесплатно и без регмстрации, книга полностью. Пролог Вячеслав Сижу в своем охуеть важном судейском кресле и слежу, как по кабинету передвигается Салманов. На самом деле, когда я въехал в этот кабинет, кресло было другое. Но по совету все того же хорошего друга, бывшего областного прокурора, Айдара-бей Салманова, я привез свое. Потому что впереди – дохуя важной работы, а я привык к комфорту. И задница моя тоже в плане кресел переборчивая. А удобство для задницы, как известно, всегда повышает работоспособность. Да и к Салманову я привык прислушиваться. Относиться к нему можно по-разному (как и ко мне, впрочем), но херни не посоветует. Правда сейчас Айдар делает что-то странное. Положа руку на сердце, подбешивает. У меня в последнее время было слишком много бессонных ночей и не самых приятных разговоров. Когда друг сказал, что заедет ближе к концу рабочего дня, я надеялся хотя бы на виски и пару выкуренных в окно сигарет. Но вместо этого мне досталось короткое приветствие и рейд по кабинету. Салманов ведет рукой по раме картины, которая, в отличие от кресла, досталась мне по наследству. Стремная, как перечень ходок самого моего памятного рецидивиста-пидараса, получившего в ито

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Телефон от меня прячет, а Спорттоварам позволяет

на себя дрочить.

Я щедро сливал через нее всякую дичь. Я все ждал, когда почувствую удовлетворение, а в реальности только сильнее злился. Прощупывал ее границы и убивался о вымышленную реальность, в которой их вроде как нет.

Ждал от нее: ну скажи ты, что противно. Скажи…

Молчала.

Думал, за бабки готова на все, а получилось на все готова из-за чувств.

Думал, пока я ебашу, как дурной, исполняя и свою, и ее работу, за которую плачу, но крысе поручить не могу, она живет свою единственную молодую и пьяную жизнь. Бесила. Мешала.

Решил, что загород за мной потащилась, что трясти сиськами – часть плана. Осознавал, что это все даже не ее, а чужие уловки, но, сука, каждый крючок заглатывал.

И усугублял. Даже не знаю, кого из нас подводил к срыву – ее или себя. И в чем должен был состоять тот самый срыв. Пожалуй, в честности.

В итоге ее и получил. Только не ожидал, что правда будет выглядеть так.

Я до последнего своего дня буду убежден: нужно не только

чувствовать

, но еще и

думать

. Но благодаря ей вспомнил: не только думать, но и чувствовать – тоже полезно.

Вчера еще думал, что написав мне вечером, она совершила дохуя большую ошибку. Не надо крысе меня трогать, когда я навзводе. Позвал ее, чтобы унизить. Унизил. Отпустил "развлекаться". А потом самому же крышу и сорвало. Смотрел, как танцует, и горел. Злата, блять... Почти профессионалка.

Держался,

но и выдержка тоже по пизде. Расстояние не спасает. Безразличие не играется.

Спустился.

Ловишь меня на крючок, Юля? Лови, на здоровье. Я так давно и так сильно тебя хочу, что уже похуй.

А сейчас вспоминаю свои чувства и не знаю – смеяться или пойти сдать нахуй все дипломы. Юрист все-таки должен в людях разбираться. Я должен был разобраться лучше. А мог бы? Вряд ли.

Пальцы до сих пор жжет воспоминаниями о том, какая нежная у нее кожа. Я еще хочу. Честно, блять. До одури.

Но пусть человек выспится. А то, я так понимаю, со сном у нее тоже было туго. Начальник долбоеб. Заказчик пидарас. Шантаж. Попытки хотя бы как-то самосохраниться в мире, где ты не нужна никому. Никто перед тобой не встанет и собой не заслонит.

Это очень жестоко. Она не заслужила. А я вряд ли заслужил ее. Но…

Склоняю голову и оторваться не могу.

Юля морщится и открывает один глаз. Шторы давно раздернуты, из окна на кровать бьет яркое солнце. Я почти уверен, что она еще поспала бы, но рад пробуждению.

Впитываю взглядом новый опыт.

Она тянет угол одеяла к лицу. Прячется от света. Снова затихает на полминуты,

а потом дергается и резко садится, прижимая одеяло к груди.

Взгляд – трезвый. Глаза – огромные. Щеки – розовые. Я… Ну а как тут не улыбнуться? Тянусь кулаком к губам и покашливаю, чтобы не заржать.

Это не потому, что смешно. Просто эйфория такая. Не до конца обоснованная, но сильная.