Или нет?
– Спасибо за возможность, – вместо радости я даю Тарнавскому сдержанную благодарность. Она его тоже забавляет, но развивать диалог он больше не пытается.
Дальше мы едем в основном молча. Я не очень слежу за маршрутом. Тем более, человеку, который пять лет передвигается по чужому городу на метро, по земле сориентироваться сложно, но в какой-то момент решаю открыть на телефоне карту.
Почти сразу ловлю на своем экране короткий взгляд.
Возмущение бьет краской в щеки. Страх заставляет тут же заблокировать мобильный и перевернуть.
Поворачиваю голову и улавливаю быстрое движение кадыка. Смотрю выше – губы снисходительно кривятся.
Я по глупости вдыхаю полные легкие его запаха. Дура. Слишком глубоко. Ведет.
Судейское ироничное:
– Успокойся, не успел прочитать… — ни черта не успокаивает.
– Я карту смотрела…
В ответ на мое пояснение Тарнавский молчит. Смотрит в лобовое. Потом – на меня.
Не знаю, что ищет. Тем более, что находит. Мне стыдно, хоть я еще ничего не сделала. И больно, потому что он – уже да.
– Мне
нужно на короткую встречу заехать. По дороге. Минут пятнадцать. Подождешь в машине?
Это не вопрос. И сказать, что мое время слишком дорого, чтобы проводить его в ожидании, я не могу.
Тем более, что в голове сразу вихрь из мыслей. Отвожу взгляд, сажусь ровнее и киваю.
– Конечно.
А сама отбрыкиваюсь от осознания: для крысы Смолина это прекрасный шанс.
– Ну и отлично.
Дальше снова тихо. Я несколько раз смотрю на Тарнавского мельком. Сердце замирает, пальцы снова холодеют.
Неужели он не понимает, что слишком беспечен? Неужели он так мне доверяет, чтобы оставить в машине одну? За что мне такое? Да и зачем..?
Мы паркуемся напротив одного из самых дорогих ресторанов столицы. Я знаю о нем из светских хроник и журналистских расследований.
Тарнавский отщелкивает ремень и тянется к бардачку. Задевает нагревшейся от тела тканью рубашки мою руку. От места соприкосновения простреливает. Я немного двигаюсь и прячу дрожь. Он ее, кажется, даже не замечает.
Достает что-то, захлопывает. Я усердно отвожу взгляд. Рассматриваю куст в сквере с моей стороны.
– Не скучай.
Тарнавский подмигивает, но во взгляде – ноль игривости. Мне кажется, уже настроился на разговор не со мной.
Выходит из машины и к пешеходному переходу. Ждет зеленого. Быстрым шагом направляется к пугающим лично меня дверям, которые для него открывает специальный
человек.
Я слежу за всем этим, как сумасшедший сталкер. Даже не моргая. Под бешеное биение сердца.
Ужасно боюсь вот сейчас прочитать сообщение от Смолина. Или получить от него звонок.
А вдруг он следит за Тарнавским не только через меня? Вдруг о каждом его шаге и без меня знает? И что я не делаю то, ради чего меня к нему устроили, тоже?
Отвлекаюсь от заведения. Сосредотачиваю внимание на салоне машины.






