ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Фрегаты под красным флагом бороздят просторы мирового океана. Сашка начинает войну против Англии. Перепадет и остальным хищникам. Ветер Шопперт Андрей Готлибович Фрегаты под красным флагом бороздят просторы мирового океана. Сашка начинает войну против Англии. Перепадет и остальным хищникам. Annotation Фрегаты под красным флагом бороздят просторы мирового океана. Сашка начинает войну против Англии. Перепадет и остальным хищникам. Дурень. Книга четвёртая. Ветер Глава 1 Событие первое Событие второе Событие третье Глава 2 Событие четвёртое Событие пятое Событие шестое Глава 3 Событие седьмое Событие восьмое Событие девятое Глава 4 Событие десятое Событие одиннадцатое Событие двенадцатое Глава 5 Событие тринадцатое Событие четырнадцатое Событие пятнадцатое Глава 6 Событие шестнадцатое Событие семнадцатое Глава 7 Событие восемнадцатое Событие девятнадцатое Событие двадцатое Глава 8 Событие двадцать первое Событие двадцать второе Событие двадцать третье Глава 9 Событие двадцать четвёртое Событие двадцать пятое Событие двадцать шестое Глава 10 Событие двадцать седьмое Событие двадцать восьмое Событие двадцать девятое Глава 11 Событие тридцатое Событие тридцать первое Событие тридцать второе Глава 12 Событие тридцать третье Событие тридцать четвёртое Событие тридцать пятое Глава 13 Событие тридцать шестое Событие тридцать седьмое Глава 14 Событие тридцать восьмое Событие тридцать девятое Событие сороковое Глава 15 Событие сорок первое Событие сорок второе Событие сорок третье Глава 1

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сашка завис, он смотрел как с баржи метрах в пятидесяти по сходням сводили скаковых лошадей. Красавцы.

— Конечно. Для того сюда и добирались. Давай бричку сначала найдём и попытаемся на ночь устроиться.

По мере продвижения по городу первое впечатление от Лебедяни портилось и к тому моменту, как извозчик подъехал к центру городка, Нью-Васюки превратились и в голове у Виктора Германовича, и в Реале, в деревню «Гадюкино». Незамощённые даже в центре дороги были, видимо после прошедших недавно дождей, все в лужах-озёрах и колеях. При этом, наверное, ведь к ярмарке городничий и всякие «уважаемые» люди готовились, кое-где виднелись заплатки на дорогах. Не повезло

просто с дождями.

Только это всё отговорки, у Сашки во всех сёлах и при самом дождливом дожде дороги в озёра не превращаются, кто мешает центр этой дороги сделать чуть повыше, чтобы вода стекала к краю, где народ прокапал канавы водоотводные. Римляне же делали, значит, это секретом не является.

Остановились они около самой, по мнению извозчика, хорошей гостиницы, Сашка вышел на брошенную широкую доску, что вела к двери двухэтажного длинного здания от проезжей части. Доска была хлипкая и качалась, прямо испытание для дам, скажем, с длинными платьями. Извозчика Сашка не отпустил, что-то ему в ухо нашёптывало, что во время ярмарки места в гостиницах и всяких постоялых дворах могут быть все раскуплены. Аншлаг. Любители скачек и вообще лошадей приехали заранее.

Начерпав воды в туфли, Сашка добрался до швейцара в роскошной для деревни затопленной ливрее и узнал, что всё нормально, мест нет. Пришлось, снова набрав в башмаки воды, чапать назад. Нужен был ход конём.

— А скажи, любезный, кто проводит скачки эти? Не общество скаковое это, а человек, кто там главный?

— Так это всем у нас известно — помещик Павел Николаевич Мяснов. Он…

— Подожди, любезный, у него дом в Лебедяне есть? — патриот Лебедяни попался.

— Как не быть-то. Тута недалече…

— Вот, туда и вези.

Доехали. Здесь от проезжей дороги шла засыпанная щебёнкой дорожка, ну хотя мокрее ноги уже не станут. Сашка дошёл до больших, явно из дуба сделанных, ворот и позвонил в колокольчик, дёрнув за верёвочку. Слуга, открывший калитку, был без ливреи, чего-то если и не домотканое, то очень дешёвое на нём болталось. И был он негром преклонных годов. Чудеса прямо.

— Что там, Филипп? — послышалось из-за спины персонажа.

— Баре тут, вашество! — без всякого акцента возопил товарищ, не поворачиваясь. На Сашку сивухой прянуло от крика этого.

— Проси, — опять долетело.

— Просю-с, — чуть склонил седую негритянскую голову Филипп.

Сашка придержал дверцу дубовую, дав прошкондыбать на одной ноге и костыле Кольке. Потом сам зашёл. Точно ведь

попаданец.