ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война, Автор - Старый Денис, Серия - Лжец на троне [6], , Жанр - Попаданцы, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. Война Старый Денис Война, Автор - Старый Денис, Серия - Лжец на троне [6], , Жанр - Попаданцы, Фантастика. Читать бесплатно, без регмстрации, книги полностью онлайн. От автора Почти восемь лет прошло, а с момента, когда герой попал в прошлое, так и вовсе двенадцать. На дворе конец 1617 года. Нынче Российская империя не то слабое, лишь подымающееся с колен государство, а мощная держава, не растерявшая своих территорий, напротив, приобретя новые. Но, что еще важнее, не случилась ужасающая демографическая яма. Земли, пусть и пострадали, а где-то и почти обезлюдили, все же Смута слегка коснулась России, но людей оставалось в разы больше, чем в иной реальности. А новые технологии в сельском хозяйстве позволяют сытно кормиться и не бояться за будущее своих детей. Элементарная медицина, по крайней мере в крупных городах, так же способствует увеличению рождаемости, но главное — уменьшению детской смертности. В этой реальности Лжедмитрий, будь он Гришкой Отрепьевым, или кем-нибудь еще, царствует без приставки «лже», а мощная, по меркам времени, пропаганда не оставляет шансов для кого бы то ни было обвинить русского императора в узурпации власти. Да и соединение двух династий: Рюриковичей и Годуновых, пошло на пользу. Ксения Борисовна Годунова смогла не оставить равнодушным попаданца, вызвала в нем нужные чувства, когда мужчина понимает, кто

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Дозволь, сказать, государь-император! — со своего места за большим столом встал Иван Тарасьевич Грамотин.

—

Говори, Приказной боярин, Иван Тарасьевич! — сказал я, жестом показывая на Грамотина.

Иван Тарасьевич Грамотин был из тех, кого привлек к себе ранее мой главный финансист Василий Петрович Головин. Старик два года как преставился, создав при моем непосредственном руководстве четкую и работающую финансовую систему, основанную на бумажных деньгах и Имперском Банке. Грамотин, так сложилось, что в последний год жизни Головина-отца занимался всеми делами, потому как Головин-отец болел тяжело и лекари долго пытались его вытащить. После Грамотин прошел ускоренный курс обучения в Московской Академии и я дал шанс этому человеку проявить себя и попробовать собой заменить почившего Василия Петровича Головина.

Однако, мой цербер, Захарий Ляпунов, долго присматривался к Грамотину, так как тот был несколько, так сказать, в оппозиции. Но, как служащий, он очень даже эффективный, вот только пиетета передо мной нет. Может то и к лучшему. В спорах рождается истина. Вот и поспорим, когда я буду с попкорном, а он уютно сидеть на колу.

— Временно, но нам следует более вернуться к серебру и изыскать из казны металл, да отчеканить больше серебряных монет, — сказал Грамотин.

— Что же тебе не дает покоя то, что мы накопили серебро и золото? Ты считаешь, что не выдержит наш бумажный рубль? От чего? Впрочем, не отвечай, а завтра придешь ко мне на доклад с цифрами и выводами, — сказал я, видя решительный настрой у Грамотина.

Не мог я не рассказать человеку, которому отвечать за финансы, что в следующем году Российской империи придется принять новый вызов. Воевать придется всерьез, а это чревато проблемами в разных сферах. И то, что мы накопили немалую прослойку жира, не гарантирует отсутствие проблем. Вот и беспокоится Грамотин, что война «съест» бумажный рубль. Пусть докажет цифрами и фактами свои страхи, тогда и позволю открыть свою императорскую особую казну с серебром, золотом и драгоценными камнями.

— Выдержит бумага. Трат мало будет. На следующие два года у нас в планах нет большого строительства. Токмо отстроить изнова Орешек, да Петроград продолжать возводить. Все остальные

заводы на Урале нынче токмо в частных кумпаниях строятся, — парировал Лука выпад Грамотина.

Вот еще одна причина, почему Иван Тарасьевич вошел в мое правительство — от противовес Луке Мартыновичу, который получил слишком много власти и весь такой правильный исполнитель, что мне приходится награждать его и держать при себе.

В уме я все равно держу принцип, когда даже самые верный и вчерашние соратники могут затеять заговор. И это очень беспокоящий для меня вопрос.