Я отказывалась смотреть на него. Мое сердце оказалось где-то в горле. Слезы пробились сквозь мою защиту. Моя шея горела, была обжигающе-красной от силы моего характера.
— Выходи за меня замуж, Кили Ши Райан.
Краем глаза я видела, как Скотт роется в кармане свободной рукой. Он поднял кольцо достаточно высоко, чтобы я могла видеть его боковым зрением. Это было традиционное ирландское кладдахское кольцо. Сердце было сделано из изумруда, а корона украшена тремя бриллиантами.
Мари собиралась сказать мне, что это плохое предзнаменование.
Плохие вещи
всегда
случаются трижды, Ки.
Я облизнула пересохшие губы.
— Что? — прошептала я, пытаясь выиграть время.
— Выходи за меня замуж, Кили. Живи со мной. Я буду охранять тебя.
— Так вот почему ты просишь меня об этом? Чтобы уберечь меня?
— Нет. Тебе виднее. Я уже давно это планировал. Сегодня вечером, после того, как я увидел Сьерру, это шокировало меня. Ты могла оказаться дома не в то время. Ты могла бы пойти с ней в магазин. Мне не давало покоя осознание того, что я защищаю людей, незнакомцев, зарабатывая на жизнь, и я не смог спасти единственную девушку, к которой я испытывал сердечную привязанность.
— Я…
— Кили…
Харрисон открыл дверь, а затем остановился, наблюдая за нами. Он вышел, чтобы позвать наших братьев. Он держал их в курсе дела. Эти четверо были хуже, чем кучка сплетничающих сестер. Харрисон хитро сощурился, прежде чем сделал шаг вперед, глядя Скотту в глаза.
— Убери свои руки от моей сестры. Сейчас же.
Скотт переводил взгляд с меня на него.
— Я влюблен в твою сестру. Я только что попросил ее выйти за меня замуж. Мы встречаемся уже несколько месяцев. Мы влюблены.
Харрисон уставился на Скотта непонимающим взглядом, а затем перевел свой сощуренный взгляд на меня.
— Это правда? — Через минуту или две он воспринял мое молчание как признание. — Ты не могла бы предупредить меня?
Я могла с точностью сказать, что моему брату было больно, и хотя мне было неприятно это видеть, у Харрисона не было возможности поговорить со мной.
И. Я. Была. Близка. К. Тому. Чтобы. Прибить. Скотта.
Чертова
. Стоуна.
Кем он себя возомнил? Мы это не обсуждали!
Вот оно.
Что бы там
ни было между нами, всё происходило слишком быстро. Я не могла остановиться.
Моя мама. Она предсказывала это.
И Рошин. Я попросила ее прислать мне кого-нибудь, если это будет неправильно. И кого она мне послала?
Не того человека! Кто мог послать такого человека, как он? Я точно знала, что Рошин была бы единственной вменяемой из нас двоих. Практичной. Кэш Келли вносил сумбур в мою устоявшуюся жизнь. Он был целиком сделан из противоречий.
Потом врывается Мари с разбитым лицом. Без крова. За душой ни гроша, кроме краюшки черствого хлеба. У меня все еще зудело тело от ткани взятого напрокат платья, сшитого из дешевой ткани.






