В одно мгновение я стою, а в следующее — моя голова ударяется обо что-то твердое и беспощадное. Раскаленная боль пронзает череп. Мир вокруг меня вращается, желудок скручивает и угрожает выплеснуться на пол, пока я опускаюсь на четвереньки. Борясь с затуманенным зрением, с трудом поднимаю глаза и вижу, что отец Дрю смотрит на меня сверху вниз с жестокой улыбкой.
— Молодец, сын. А теперь выпроводи ее, чтобы мы могли продолжить разговор.
Не знаю, как я вообще могла доверять ему, как могла думать, что ему есть до меня дело. Если это роль, то он заслуживает "Оскар". Когда Дрю бросается вперед, моя единственная мысль — убежать. Я больше не знаю этого человека и не верю, что он не причинит мне вред. Голова кажется тяжелой, словно аквариум с рыбами, но это меня не останавливает. Я отползаю назад, как краб, на четвереньках, чтобы он больше не прикоснулся ко мне. Когда закрываю за собой деревянную дверь, понимаю, что оказалась в ловушке. Зажата между ним, дверью и каждым острым слогом, которым он меня режет. Он присаживается передо мной на корточки, и в голове всплывает воспоминание о том, как он делал то же самое в лесу, ощущая вокруг нас запах земли и сырого леса.
— Тебе пора уходить, Мэйбел. Ты должна вынести мусор, или я сам могу тебя вынести. В любом случае, сегодня все закончится. Ты для меня никто и всегда была никем. Не более чем теплая дырка, в которую я время от времени погружался. А теперь вставай и убирайся к чертовой матери, дай нам, мужчинам, поговорить наедине.
Не знаю почему, но мое сердце заставляет меня цепляться за какую-то ложную надежду. Не могу поверить, что все это реально, не тогда, когда знаю, что чувствовала.
— Это не ты, Дрю. — Качаю головой, сдерживая слезы. Каждая клеточка моего тела говорит верить его словам, но мое сердце, мое сердце подсказывает смотреть глубже. Обратить внимание на мелкие детали.
Он
качает головой, как будто не может поверить, что я его допрашиваю, и лезет в карман. Вытащив бумажник, роется в нем и достает пачку наличных. На меня дождем сыплются долларовые купюры.
— Я забыл заплатить тебе за последний раз, когда мы были вместе. Этого должно хватить, верно? Если тебе нужно больше, загляни в Милл. Уверен, кто-нибудь из парней с радостью позволит тебе отсосать. Ну, знаешь… ради твоей мамочки.
Сердце ухает в пятки. Его слова, как соль на никак незаживающую рану.
— Она не имеет к этому никакого отношения, как и все вы, придурки! Вы даже не заслуживаете того, чтобы говорить о ней.
Его губы растягиваются в душераздирающей улыбке.
— О, вот и она. А я боялся, что, возможно, потушил твой огонь. Приятно знать, что ты все еще здесь.






