И если я буду притворяться, что он мой, если я буду вести себя так, будто могу его удержать, то, когда эта реальность растворится, она погубит меня.
Я закрыла глаза.
Я не засну. Я слишком хорошо понимаю, где я и с кем я, чтобы сделать это.
Плюс, я не хочу упустить ни одного мгновения этого чувства. Неважно, насколько оно мимолетно.
Титры идут, когда Доминик начинает шевелиться. Мои глаза закрыты, но, чувствуя, как он шевелится, я их открываю.
Я благодарна, что он так долго спал. Благодарна, что у меня было время взять под контроль свои бушующие эмоции. И за это время я смогла напомнить себе, что мы обменялись номерами. Или, точнее, Доминик взял мой телефон и ввел свой номер, отправив себе мой.
Я не питаю никаких иллюзий, что мы будем встречаться. Но может быть, просто может быть, мы увидимся снова.
И этого должно быть достаточно.
Теплые
пальцы, сжимающие мое бедро, сгибаются, и Дом издает более глубокий мычащий звук, прежде чем его скрипучий, сонный голос говорит: «Ну, это приятный сюрприз».
Мои руки спрятаны под его пиджаком, который я продолжаю использовать как одеяло, но в ответ я сгибаю их на коленях.
«Полагаю, мне стоит добавить в свое резюме человеческую подушку», — шучу я.
Тяжесть на моем плече увеличивается, прежде чем Дом поднимает голову. «Я бы нанял тебя».
У меня вырывается тихий смешок, но он останавливается, когда Дом перемещает пальцы на полдюйма выше, прежде чем снова потянуть руку к себе, проведя линию тепла по верхней части моего колена.
Спасибо тебе, удача, за то, что я решила побрить ноги сегодня утром. А также отдельное спасибо за то, что ты сегодня использовала этот потрясающий крем от натирания на внутренней стороне бедер вместо обычных отвратительных велосипедных шорт.
Не то чтобы Дом увидит мое нижнее белье, но, по крайней мере, мне не придется беспокоиться о непривлекательных шортах, выглядывающих из-под платья.
Я сглатываю и заставляю себя поднять глаза. «Полагаю, ты устал».
«Полагаю, так». Он проводит рукой по лицу,
прежде чем прищуриться и посмотреть на меня. «Или, может быть, ты накачала меня наркотиками».
Я фыркнул. «Ты меня раскрыл. На самом деле я не веб-дизайнер. Я на самом деле наркобарон».
Он фыркает, один уголок его рта приподнимается. «Наркобарон? Их все еще так называют?»
Я разжимаю губы и пожимаю плечами. «Я не говорила, что у меня это хорошо получается».
Другая часть его рта приподнимается, пока он не улыбается мне. «Ты мне нравишься, Валенина Ганди».
Я опускаю подбородок, утыкаясь носом в воротник куртки, лежащей у меня на коленях.
Эта рука движется назад по подлокотнику, пока его ладонь снова не оказывается на моем колене. «Не оставляй меня в подвешенном состоянии, Коротышка».
Я наклоняю голову набок, чтобы он мог видеть мое раздраженное выражение.






