А за спиной Разумовского появился… Стас! Вот почему его голос показался знакомым! Он был в том же синем комбинезоне, что и на борту «би-би», живой и здоровый, как будто и не получал разряд молнии вовсе. Стоит и смотрит на Разумовского с недовольством, брови нахмурены, а губы сжаты в тонкую линию.
— Разумовский, я снова спрашиваю, что тут происходит?! — гневно спросил Стас, его голос звучал как удар молота по наковальне.
Удивительно, как он, простой человек, так смело разговаривает с аристократом. Судя по тому, как Разумовский нехотя опустил руки, у этого были причины. Я заметил, как его уверенность начала трещать по швам, хотя и не мог до конца понять причину этого.
— Ничего не происходит… — пробормотал он, глядя мимо Стаса, словно искал где-то у него над плечом подсказку, что сказать дальше. — Все нормально, уважаемый комендант. Никаких проблем нет.
Комендант! Вот оно что! Стас здесь главный, значит, он отвечает за все! Не только за дирижабль, но и за общежитие. Это логично. Кого ставить на место коменданта, если не того, кто лучше всех разбирается в технике? Пусть даже он простой человек.
— Ну а мне сообщили совершенно другое! — не отставал от Разумовского Стас, его голос становился все более настойчивым. — Что вы пытаетесь выселить других студентов из комнаты, которую они заняли до вас!
Из-за спины Стаса выглянул Паша Красс. Так вот куда он так быстро ускакал, когда Разумовский начал свои выходки! Я думал, он просто испугался и побежал. Оказалось, он прекрасно понимал,
куда и зачем он побежал.
— И, судя по тому, что я вижу, именно так все и происходило! — продолжил Стас, его глаза сверкали от гнева. — Минус пять очков элементомантам!
— Мой отец — Сергей Разумовский… — сквозь зубы произнес Разумовский, его голос дрожал то ли от ярости, то ли от страха. — Он это так не оставит!
— Очень на это надеюсь! — кивнул Стас, его уверенность была непоколебима. — Надеюсь, что он разберется с вами, когда вы вернетесь домой! А пока что убирайтесь из этой комнаты и найдите себе другую! И знайте — вы теперь под моим контролем!
Разумовский еще несколько секунд стоял, сжав кулаки и зубы, и смотрел на Стаса с недовольством. В нем явно боролись гордость и страх, но в итоге страх победил. Я видел, как его плечи опустились, а взгляд стал менее уверенным.
— Идем, — велел он своему другу, который все это время молчал и не отсвечивал, как будто был лишь тенью своего более яркого товарища. — А то господин комендант нервничает. Еще удар хватит, а мы потом виноваты окажемся.
И они исчезли из комнаты быстрее, чем вошли, даже с кучей чемоданов, оставив за собой лишь легкий шорох и едва уловимый запах страха. Стас, посмотрел на меня, и в его глазах промелькнуло что-то вроде облегчения.






