И весь следующий час в жёстком режиме репетируем, отрабатывая вновь и вновь всю «Капеллу».
Кажется, все в хорошей форме, Эльвира нас хвалит. А мама аплодирует. Она,
конечно же, была в зале всю репетицию.
Когда мы заканчиваем, мама подзывает Марка к себе. И мне тоже машет.
– Полина, мы с Марком уже всё обсудили. Он станцует с тобой.
Я закатываю глаза.
– Мам...
– Не начинай, – перебивает она. – Марк поправился, и теперь всё так, как и должно было быть. Вообще-то, всё просто идеально. С Марком у тебя стопроцентные шансы.
С мамой бесполезно спорить, и я смотрю на своего партнёра. У него такой видок... Марк определённо растерян, и его взгляд говорит мне: «Эй! Я что, должен был ей отказать?»
Да, моей маме сложно отказать...
– Я не буду выступать перед жюри ни с каким дополнительным танцем! – заявляю решительно. – И мы с тобой уже это обсуждали. И пора уже закрыть эту тему!
Развернувшись, убегаю в раздевалку.
Я не хочу танцевать! Это моё тело! Она ни за что не заставит меня!
Когда врываюсь в раздевалку, Марк залетает следом.
– Полин, я что-то не понял. Ты отказываешься от выступления?
Здесь слишком многолюдно. Взяв Марка за руку, завожу в душевую. Не хочу всё это обсуждать при остальных.
– Я и правда решила забить на это всё, – признаюсь ему. – Не хочу ехать в Москву. Не хочу всю жизнь сидеть на диетах, изнурять себя тренировками по пять часов в день. Не хочу больше танцевать. После выступления я закончу с этим.
Точка, блин!
Марк явно ошеломлен. А ещё недоверчиво качает головой.
– Да я не верю. Нет.
Полин, ты приболела? Бредишь? Это явно говоришь не ты. Ты же обожаешь танцевать.
А теперь, наверное, нет…
Или просто хочу и это у себя отнять!
Не надо мне больше ничего. Ни Макса, ни любимого дела.
Но кого вообще волнуют мои проблемы?
– Я в полном здравии, Марк. И с тобой я тоже закрываю эту тему. Всё, хватит. Я не буду дальше заниматься танцами. А все остальные обязаны это принять.
Глава 39
Макс
Соплежуй: Мне нужно с тобой поговорить.
Я: Удали мой номер. Нам не о чем говорить.
Соплежуй: Речь о Полине.
Бл*ть! Вот именно поэтому и удали мой телефон! Потому что я не могу говорить с тобой о Полине.
Я вообще не хочу о ней говорить, как-то касаться её окружения, узнавать о ней последние новости.
Потому что больно! Потому что всё раздирает внутри от мыслей о ней. И я уже готов сорваться, день за днём вспоминая то, что между нами было. Её губы,
её тело...
Я готов бежать к ней с объяснениями, с мольбой о прощении, забив на обещание, данное отцу. Но тогда меня посадят, потому что он откажется мне помогать.
Поэтому, Марк, не пиши мне больше!
Но, вопреки логике, я набираю совсем другое.
Я: Что с ней?
Соплежуй: Она отказывается выступать со мной. Сказала, что больше не будет танцевать.
Господи...
Бьюсь лбом о парту.
– Максим, у тебя всё в порядке? – спрашивает математичка.






