Толпа дрогнула и расступилась, а вперед решительно шагнул... Архип! Собственной персоной!
Остатки бдительности рассыпались прахом. Из груди вырвался судорожный всхлип облегчения. Сознание милосердно меркло, увлекая измученную плоть в спасительную темноту. Последнее, что я запомнил - обеспокоенный взгляд Архипа и его руки, бережно подхватывающие мое обмякшее тело, и единственное что смог выдать:
— Яд…
Очнулся я в полутемном кабинете, который сразу узнал. Архип стоял у входной девери, негромко беседуя с кем-то. Прислушавшись, я с удивлением различил раздраженный голос Олега Анатольевича. Дверь хлопнула, оставив нас наедине.
Архип медленно обернулся. В его глазах плескалась такая буря эмоций: боль, вина, гнев, сожаление, бессилие - всего этого было слишком
много для меня сейчас. Мне не нужны были ни извинения, ни объяснения.
С трудом приподнявшись на локтях, я просипел:
— Ну нихрена себе… Дмитрий Петрович! Самый теплый прием из всех что у меня были.
Архип напрягся, думая что я брежу:
— Да я сам такого не ожидал! — он метался из одного угла кабинета в другой.
— Хоть прошел ваше второе испытание? Я ведь вроде неплохо справился?
– спросил я, затаив дыхание.
Архип замялся и остановился у окна.
— Тут такое дело... По словам Дарьи Сергеевны — еле-еле на "удовлетворительно" тянешь.
— То есть... Вы сами не видели моего сражения? — я сделал очевидный вывод.
— Какое там! — досадливо поморщился Архип. — Только шаг в её сторону сделал, а эта фурия на меня так рявкнула, что сразу на место вернулся. Даже глянуть одним глазком не дала.
— А сколько времени я там провёл? — жадно спросил я, подавшись вперёд.
— Минут двадцать, не меньше, — задумчиво протянул Архип.
—
А я неплох. Так, может, не всё ещё потеряно? Если я лучший по времени, то, глядишь, и в Академию зачислят!
Лицо Архипа враз помрачнело, будто тень набежала.
— Тут такое дело... Понимаешь, Дарья Сергеевна в процессе сказала: мол, такими темпами ты ничего не добьёшься. Бегаешь, дескать, как трус, а не сражаешься достойно.
Вот оно что... Вот как они решили от меня избавиться! Значит, мой бой видела только эта ведьма, а Архипа специально не допустила. И теперь её слово против моего - с заведомо известным исходом.
Но как можно ради одного просточка лишать возможности поступить целому ряду отпрысков знатных домов?
Что же, кажется, я уже догадываюсь, каким будет вердикт. Мои якобы испорченные ответы, провальное второе испытание, о котором известно лишь со слов Салтыковой...
Осторожно, преодолевая боль, я начал подниматься с кожаного дивана. Резкая боль пронзила бока, и, посмотрев вниз, я обнаружил, что одет в чужую одежду. Ощупав себя, я понял, что почти всё тело окутано повязками.






