Великолепные звёздные крейсера превратились в безмолвные тени, открывая путь новому порядку в этой части космоса. Воины Доминиона, несущие смерть и погибель, подчёркивали своё превосходство, уничтожая последние корабли Империи.
В воздухе мостика витало ощущение тягости, а звуки сражения за его пределами становились все тише в их сердцах. Лица экипажа, освещённые лишь призрачным светом от панелей управления, были мрачны и напряжены. Все они чувствовали груз ответственности, страх перед неизвестностью своей участи. Ториан, вздохнув, почувствовал, как его сердце сжимается от осознания того, что смерть так и не оставляет их, даже в открытом космосе.
Капитанский пульт испускал слабое, но постоянное гудение, наполняя тишину мостика мягким, но всепроникающим звуком. Воздух внутри казался неподвижным, будто даже сам корабль затаил дыхание. Подкаченная фигура командира фрегата, окутанная темнотой чёрного мундира, казалась неизменной частью обстановки, где каждый элемент полон ожиданием.
Вдруг тишину разрезал мягкий, едва уловимый звук поступающих данных. Кожа красноватого оттенка лейтенанта, мерцала под светом экранов, оживляя его резко очерченное лицо, на
котором отражалась концентрация. Маленькие голубые глаза, мелькнув презрением к угрозе, теперь всматривались в последовательность символов. Каждая мельчайшая деталь создавала иллюзию спокойствия, которая могла быть разрушена в любой момент.
– "Мы просто их недооценили", — повторял юноша про себя, ощущая, как тревога подкрадывается к нему незаметно, словно тень.
Пролетая мимо останков крейсера, Ториану мелькнула мысль: "Сражение кораблей намного легче битв между отрядами. Ты не видишь лиц. Только судно, что летело в пустоте, а после навеки остановилось. И легко забыть, что внутри этого куска метала умирает такой же человек, как и ты."
Напряжение воздуха достигло апогея, когда передний датчик зафиксировал приближение неопознанного объекта. Маленькие голубые глаза Ториана впились в экран, полные решимости и бодрости, столкнуться с новым вызовом.
Космическое пространство вокруг остова разрушенного крейсера внезапно ожило. Из тени обломков, словно призрак, вынырнул юркий истребитель, мрачно
сверкающий своими агрессивными красно-золотыми узорами на чёрном фоне. Брутальный внешний вид корабля, отмеченный следами сражений, не оставлял сомнений в его агрессивных намерениях. Корпус звездолёта мелькнул в свете звёзд, когда он выпустил ракетный залп и метнулся в темноту, испытывая пределы манёвренности и силы своих моторов.
– Чёрт! — срывающимся от гнева и решимости голосом, Ториан отдал команду экипажу прийти в боевую готовность.






