Ее персональное яркое солнце, которое могло растопить любой лед…
— Народ, что празднуем?
Голос Жени раздался на кухне неожиданно и, как всегда, крайне спокойно, и Варя смутилась, а Лекс обернулся к другу, не выпуская девушку из своих рук, чтобы пробасить:
— Варюша согласилась стать моей женой! Свадьба в следующем месяце!
Женя неожиданно улыбнулся, чуть приподнимая брови, а девушка подумала, что
еще ни разу не видела, чтобы этот суровый молчаливый мужчина улыбался.
— Поздравляю!
— Спасибо, Жека! Садись, накормим тебя! Может, и выпьем по этому торжественному поводу?
— Может, и выпьем, Леха.
— Ты лекарства пьешь! — возмутилась Варя, на что Лекс ущипнул ее за щеку и поставил на пол, промурлыкав:
— Мы по чуть-чуть. Чисто символически. И потом, настойка Михалыча лечит куда лучше, чем какие-то там таблетки! Правда ведь, Жека?
— Да.
Девушка только покачала головой, но, к огромному счастью, мужчины явно знали меру, да и пили скорее, чтобы расслабить нервы, чем в желании позабыться.
— Кстати, день рождения карапуза Варга отмечаем на территории викингов, — проговорил Женя посреди завтрака.
— А чего так? Могли же сюда все приехать.
— Дачу не будем светить, она нам еще нужна. Мало ли что там дальше будет.
Эти слова Женя проговорил спокойно, но у Вари сердце заледенело от одной мысли, что Лексу всё еще грозят серьезные проблемы. И что это может быть для него чревато очень страшным последствиями.
Про себя она не думала. Не до того было.
Да и кому была нужна обычная русская девушка, которая из себя ничего не представляла?
— Ты сам не дергайся, я за вами машину отправлю, когда у викингов всё будет готово к празднику, — проговорил Женя на пороге, когда мужчины вдоволь наелись, и ему нужно было уезжать.
— Наши все будут?
— Да. Монголов тоже пригласили.
— Правильно. А Псих?
— Снова вне зоны доступа. Но он обещал приехать. Может, в дороге.
Варя мыла посуду на кухне, пока мужчины прощались и о чем-то переговаривались.
А потом Лексу кто-то позвонил. И пусть говорил он недолго, но настроение у него явно ухудшилось — во взгляде появилась та сталь, которая пугала и заставляла внутренне собираться, даже если к ней она совсем не относилась.
Язык не поворачивался спросить, всё ли в порядке. Потому что страшно было услышать, что кто-то пострадал.
Лекс не стал подниматься на второй этаж и не пошел в свой кабинет на первом этаже, а вернулся на кухню и сел за стол. Он долго молчал и явно что-то обдумывал, а потом неожиданно пробасил:
— А может, не будем ждать месяц, Варюш? Распишемся прямо сейчас?
Девушка повернулась к Лексу и поняла, что едва ли эти слова были шуткой.
Он смотрел серьезно и сосредоточенно, а потом и вовсе кивнул, потому что всё решил.
— Да.






