Затем ее чуть было не накрыла струя пламени, но в последний момент Алексеева
извернулась и вынырнула из-под нее. Я снова выстрелил. Думаю, мне просто повезло. Или, скорее, ей. Пуля попала в голову. Алексеева дернулась и застыла.
Больше чудить не будет. На миг в памяти всплыла Нарва, а в следующее мгновение я уже лез в карман за ладанкой. Мне ее в той же Нарве дал умирающий солдат. К сожалению, его последнюю просьбу я так и не смог выполнить, но ладанку по-прежнему таскал с собой. Сам не знаю зачем. В ней у меня был ладан из Александро-Невской лавры. Как выяснилось еще в Дубровнике, не очень-то он помогал в таких случаях, но мутантов создавали страсти, а это всё ж таки не бесы, это самая мелкая нечисть. По крайней мере из тех, что нам известна.
Правда, когда страсти проявлялись, что-либо предпринимать было уже поздно. По рассказам инквизиторов, страсти вначале полностью захватывали душу, и уже потом начинали ее рвать, одновременно перестраивая свой новый
дом под себя. Поскольку мой выстрел успел разорвать связь души с телом до полного обращения, она должна была освободиться и отлететь куда положено. Ну и страсти тоже улетали куда положено им, поскольку поначалу в теле их держала только душа. Считалось, что они ее не преследовали, если только та сама не поддавалась. Надеюсь, у души Алексеевой хватило ума хотя бы там держаться от адских тварей подальше, а я, как говорится, уж чем мог.
Торопливо отщелкнув тугую застежку, я осыпал тело ладаном, постаравшись изобразить православный крест. Ладан был освященный, из-под иконы Георгия Победоносца, глядишь, и помог ей по ту сторону. По крайней мере, мне хотелось на это надеяться. Факел потом, когда я ему всё это изложил, пожал плечами и сказал, что такой вариант не исключен полностью.
Но это было потом, а тогда из коридора сплошным потоком повалили падальщики. Факел смел первые ряды огнём. Уцелевшие твари подпрыгивали в нетерпении, но в пламя не совались. Я кое-как подстрелил парочку самых крупных. Перезаряжать винтовку с моим плечом - тот еще подвиг оказался,
а ведь еще надо было делать это быстро.
Затем из коридора примчалась полудюжина мутантов. Я едва-едва успел перезарядить оружие. Мутанты пробежали прямо по падальщикам и с разбегу перепрыгнули через огонь. Один настолько разогнался, что так и улетел в пропасть. Его протяжный визг медленно затихал, и на последней ноте резко оборвался. Остальных пришлось убивать. Мы справились, но теперь падальщики, увидев, что через стену огня можно перепрыгивать, лихо сигали на нашу сторону. Факел пинками отправлял их обратно.
– Горючка кончилась, - спокойно сообщил он.
В смысле, в плане стрельбы вся надежда только на меня, а я опять застрял в перезарядке.
– Держитесь!
Тринашка чуть не свалился мне на голову.






