Больные, разумеется, продолжали болеть, но распространение заразы без внешней поддержки почти полностью прекратилось. Больший процент заболевших, как выражался профессор, вылечили, меньший, соответственно, переехал на местное кладбище, и на этом наша миссия была объявлена выполненной.
В начале ноября к нам во флигель пожаловал старший инквизитор по Севастополю и без обиняков сказал:
– Собирайтесь, братья. Вас ждут с докладом в центре.
– Наше расследование еще не закончено, - спокойно парировал Факел.
Оно вообще шло ни шатко, ни валко, и запросто могло затянуться до морковкина заговенья. Курьера-капитана допросили в инквизиции, но со всей вежливостью и, казалось, полностью удовлетворились его словами, будто бы летел он за ангелом. То, что об ангеле ему сообщили уже на полпути, в рассмотрение вообще не принималось. Ну, бывает же - летел человек по своим делам во вражий тыл, а тут такая оказия.
– Здесь оно закончено, Факел, - спокойно ответствовал старший инквизитор.
– Вашим заданием было остановить эпидемию. Вы с напарником отлично справились.
На самом деле заразу в Севастополе потом еще с год вылавливали да долечивали. Наш профессор всё описал и задокументировал, так там в итоге получился толстенный талмуд. Учёная братия такие книги называет методичками, хотя по мне так там целая энциклопедия. При необходимости открыл, а в ней всё подробно прописано, что откуда берется и что с этим счастьем теперь делать строго по пунктам. Фактически как наш армейский устав.
– В этом деле появилось второе
дно, - возразил старшему Факел.
– И след, похоже, тянется на самый верх. Надо это расследовать.
И верх - это отнюдь не Алексеева и даже не капитан-курьер, а как минимум - генерал, о котором упоминал многоглазый пёнек. И как бы не генерал Алексеев. Впрочем, учитывая, что Алексеева с отцом не ладила, вряд ли. Саму Алексееву, к слову сказать, оформили как погибшую в бою. Но тут мы сами с Факелом поспособствовали, подтвердив слова Тринашки.
Факел, правда, потом заметил, что истина всё равно выплывет наружу. Тело-то нашли. Чай не простой штурмовик. Вывезли ее, понятное дело, в цинковом запаянном гробу с пометкой "сильно изуродованное, не открывать", да только те, кто тело туда укладывал, всё видели и многое поняли, а на каждый роток не накинешь платок.
Честно говоря, я бы предпочел, чтобы не выплыла. Там и без нее грозило всплыть столько, что еще неизвестно, к добру оно или к худу. Тот же старший инквизитор сходу заявил, что генерал - да, это минимум, а вообще след ведет в такие сферы, куда влезать у нас нет допуска. Да и времени тоже.
– Вчера ваши отчеты запросили в центр, а теперь и вас отзывают, братья, - сказал старший инквизитор.
– Так что собирайтесь, а там на месте сами разберетесь.
С постановкой задачи у них
как всегда.






