Факел подумал, наморщив лоб и не переставая тереть соседний символ, потом сказал:
– Выглядит как осквернение.
– А скверна – их стихия, - проворчал я. – Тогда не будем рисковать.
– Не будем, - отозвался Факел, переползая к кресту с крышей, и снова смачивая платок своим потом. – Но так мы не успеваем.
Твари уже почти бежали.
– Сможешь повторить чудо с дождем? – спросил я.
Не то чтобы я вообще верил
в чудеса, но в такие мгновения хватаешься за любую соломинку.
– Дождь на улице, - отозвался Факел.
И горгульи там же.
– Я мигом, - сказал я и, подхватив винтовку, рванул по проходу.
По прямой оказалось заметно короче, чем в обход. Никого не встретив, я добежал до выхода из подземелья. Деревянные стены над ним весело полыхали. Главные ворота отсутствовали. Выглядело так, будто тут что-то взорвалось. Дождь все еще шел и воронку перед входом заполнила вода. Я нашел какую-то мятую жестянку, зачерпнул из воронки и помчался обратно, стараясь не расплескать хотя бы всю. Расплескал примерно треть.
Факел за это время успел затереть символ с крестом. Туман стал немного гуще, а твари – заметно ближе. Мы с удвоенным рвением принялись за дело. Вода из плошки закончилась быстро. Сбегать за второй я уже не успевал.
– Господа, - раздался вдруг голос. – Я тут еще воды принес, если надо.
Мы с Факелом дружно вскинули голову. В проходе стоял ямщик с почты Дубровника. В руках он держал ведро с водой.
– Слава Богу! – дружно выдохнули мы.
Я выхватил у него ведро, и полил на кольцо. Факел, проползая за струей, тер платком и ладонями все символы на пути, и они гасли один за другим. Проход в кольце затягивался туманом. Я еще успел заметить, как близ кольца по ту сторону появилось еще одно существо. Внешне оно походило на недавнего одержимого, но оказалось не таким шустрым. Три твари легко поймали его и разорвали в клочья, с жадностью пожирая куски
плоти. Вот тебе и вся благодарность!
Затем их скрыл туман. Мы дотерли символы, и он вновь исчез, но теперь за ним была не серая равнина, а просто выжженная земля.
Эпилог
– Ты откуда тут взялся-то, мил человек? – спросил Факел у ямщика, пока мы, грязные и усталые, сидели рядком на краю кольца и переводили дух. – Тебя нам не иначе Господь послал.
– Да не, господин хороший, - спокойно ответствовал ямщик. – Староста наш.
Когда колонна беженцев оторвалась от горгулий, староста приказал ямщику доставить нам остатки динамита. Мол, инквизиторам нужнее. А может, просто страшно стало находиться рядом с таким грузом. Там этих остатков целая телега была. Потом староста с этим приказом пытался примазаться к уничтожению гнезда, мол, способствовал, но инквизиторы его строго завернули. Гнездо записали на нас троих.
– А я что? – рассказывал ямщик. – Мне сказано, я и повез.
– А нас как нашел?
– Так дым увидел, - сказал ямщик.






