Боярин уже стал сомневаться в своём предчувствии. Ну, как Ивану удастся уговорить этого Георгия Романовича Дубровицкого. Конь боярина, устав стоять на одном месте, стал перебирать ногами, медленно подходя к возу, на котором мешки с овсом лежали. Учуял поживу.
— Тпру. Стой, прорва ненасытная, — потрепал Андрей Молибогович красавца по гриве и чуть не пропустил, как переговорщики начали разъезжаться. В город открылись ворота, и князь
в сопровождении воя со стягом скрылись за ними.
А через пару минут и Иван Хвостов вернулся.
— Биться будут, Андрей Молибогович, — хмыкнул диверсант, — дурни. Я не великий спец, как Андрей Юрьевич говорит, но понятно, что темнил князь. И даже понятно, чего темнил. Он подмогу от брата из Турова ждёт. Мы в осаду сядем по его мыслям, а нам в тыл дружина князя Туровского ударит.
— В осаду, говоришь, — засмеялся эдак заразительно боярин, — Ну, ну! Точно дурень. Не будем тянуть. Готовьте пушки, высоко ещё солнце, успеем кое-кому голову прочистить от дурных мыслей. Выбитые ворота этому вельми способствуют.
Теперь нужно было переться тысяцкому к настоящим князьям. Эти два братца к городу близко подходить не стали, остановились со своими дружинниками на холме на берегу реки. Там уже и лагерь разбили. Высокий княжеский шатёр издали видать. Там всей дружины-то чуть больше сотни у князя Дмитрия Александровича Брянского и братца его двоюродного Олега Святославича Гомельского, но князья, как бы они тут главные. От их имени война идёт, чтобы Андрею Юрьевичу с Великим князем Литовским Гедимином не ругаться, он же зубы на эти земли точит.
— Доброго здоровьица, княже, — встречать боярина выехал от лагеря Олег Святославич. Тоже, понятно, наблюдали за переговорами.
— И
тебе здравствовать боярин, что там самозванец этот? Согласился сдаться? — князь весел. То ли в самом деле рад чему, то ли принял уже мёда на грудь, как Андрей Юрьевич гутарит.
— Нет, Олег Святославич, ратиться будет.
— Дурень!
— Так и есть. Сейчас из пушек палить будем. Если есть желание посмотреть, то подъезжайте, да вообще, нужно, чтобы они ваши флаги видели. Подъезжайте, — Андрей Молибогович развернул коня и повернулся к своему лагерю, сейчас кипящему как муравейник, — Поспешайте, споро управимся, — махнул он рукой на лагерь, показывая князю, что действо началось уже. Нечего тянуть.
Неудачно ворота у города Дубровица расположены. С точки зрения пушкарей. Они говорят, что из-за реки придётся под углом по ним стрелять. Там получается, что от ворот до берега всего сажен сто. И могут стрельцы со стен достать. Это, если орудие прямо напротив ворот ставить.
Пришлось вырубить прибрежные заросли вербы и установить лафет под приличным всё же углом к воротам. Артиллеристы принесли ствол и установили его на лафет.






