Крыши собирались крыть мемельцы. Теперь купелированием золота можно заниматься смело. Будет у Русского королевства своя золотая монета и несколько видов серебряной, а не как сейчас только рубли из привозного серебра. Второй металл — это ртуть. Зачем ртуть хранили немцы профессор Виноградов не понял. Может, мази всякие делают? Известно же, что в этом времени и позднее мази всякие от всех подряд болезней делали из ртути.
Андрей Юрьевич у себя в княжестве всё это сразу прекратил, изъяв всю ртуть и запретив лекарства на её основе делать. Радовался же по той причине, что хотел для картографов барометры изготовить для определения высоты местности над уровнем моря. Да, нужны стеклянные трубки, но раз их научились делать без его помощи в Реальной истории, пусть и позже, то с ним проще будет. Зато карты уже настоящие будут, с указанием высот.
Кроме костела Пресвятой Девы Марии, во всех кирхах изъяли все золотые, серебряные и бронзовые вещицы. В том числе и большую серебряную купель из главного храма города. В замке и покоях епископа сняли гобелены. И вывезли все книги и рукописи. Ну, и понятно, в городе почти все железо у народа отобрали. Теперь кузнецам во Владимире, если оно туда попадёт, будет из чего орала и даже настоящие колесные плуги делать. Косы опять же. Нужно поднимать производительность труда в сельском хозяйстве.
Ну и главное изъятое богатство в виде серебренных монет, золотых, а также целого сундука с драгоценными
безделушками, этим Мемель откупился. В сумме на тридцать пять тысяч рублей. Если в киевской гривне пять рублей, то выкуп получился в семь тысяч гривен. Ровно столько, за сколько он намеревался у Гедимина отцову землицу утраченную выкупить. В Юрбарке и отдаст Великому князю Литовскому. Не нужно будет думать об охране сокровищ. Местные купцы и всякие бургомистры и члены городского совета выторговали снижение выкупа. Андрей Юрьевич сначала с них десять тысяч гривен запросил. Начали канючить и пугать, что собирать будут месяц. А вот если семь, то за три дня соберут.
— Чёрт с вами. Пусть будет семь, — махнул рукой на немцев профессор Виноградов. Зима приближается и опять же приличное войско тевтонов под Юрбарком ошивается. Пора возвращаться, пора с тем войском разбираться, пора тестюшке Гедимину помочь.
— Мы придём и разорим все твои земли, князь, — напоследок пообещал ему епископ Курляндский Эдмунд фон Вёрт (Edmund von Worth).
— Это будет лучший подарок, который вы только можете мне преподнести, Ваше Высокопреосвященство. За этими трофеями я пёрся сюда по грязи. Лошадей калечил, люди простывают и болеют. Как ни старался, расстройства желудка всякие начались. Ещё и помереть кто может. Опять же семь человек уже с лошади упало и расшиблось. Беда, одним словом.






