– Вы же сказали что вам не нужна моя помощь и никогда не понадобится, - напоминаю, не теряюсь, продолжая оставаться на месте.
Глава 12
–
Блядь, ты сейчас серьезно? – рычит Камал. – Ты - моя сиделка, и в твои обязанности входит помогать мне!
– О! Теперь вы принимаете то, что я ваша сиделка и у меня есть обязанности! – бросаю язвительно, приближаясь.
– Проблем хочешь? Так они у тебя появятся, как только я выберусь отсюда, - угрожает. И его слова пугают меня, но я понимала, что нельзя показывать свой страх. Нужно довести дело до конца, иначе он будет продолжать издеваться надо мной и дальше.
– Вы сначала выберитесь, - говорю смело. – Можете попробовать позвать кого-то на помощь.… В семь утра. Может что-то и выйдет.… Через час или два, - добавляю. – Или же мы можем договориться.…
– Чего ты хочешь? – рычит он.
– Совсем малость.… Вы прекращаете вести свой список недовольства и выбрасываете тот, что у вас есть, начинаете слушать меня и относитесь ко мне с уважением, - ставлю свои условия.
– Блядь, ну ты совсем уже охреневшая…. Честное слово, - бросает Камал. – Такой дерзкой и наглой сиделки у меня еще никогда не было.…
– А разве с вами по-другому можно? – бросаю. – Или так, или попробуйте выбраться сами…
Камал снова попытался выровнять инвалидную коляску, но сделал только хуже. Её больше накренило и его плечо сильнее вдавилось в острый край косяка двери.
Он плотно стиснул зубы, и сдавленно прорычал.… Мне показалось от недовольства. Хотя потом я пойму, что это было не так.
– Хорошо! – слишком поспешно бросает он.
– Дайте слово, - требую.
– Даю слово! А теперь освободи меня! – рычит.
– А где ваше «пожалуйста».… Я просила больше уважения, - напомнила, взявшись за ручки коляски сзади.
– Пожалуйста, блядь! – выплескивает
он ядовито.
Я закатываю глаза вверх. Невыносимый.
Я могла бы больше его помучить, чтобы добиться всего, что мне нужно. Но не хотела перегибать. Мне было и так страшно из-за того, что я начала этот шантаж. Ведь за такую вольность и подобное поведение меня могут легко выгнать из этого дома. Но я надеялась на то, что Камал не станет на меня жаловаться.
Надавливаю на ручки, используя весь свой вес и силу, и мне с трудом удается выровнять коляску. Дальше Камал помогает мне рукой и берет ситуацию под свой контроль.
Когда он снова на колесах, я его отпускаю и отступаю в сторону, ожидая ряд ругательств, выговора и угроз. Но они не следуют. Камал бросает на меня быстрый взгляд, в котором я замечаю уже другие, непонятные мне эмоции, после чего жмет какую-то кнопку на пульте управления и двигается вперед, выезжая на террасу. Сквозь окно я вижу, как он подъезжает к перилам, подкуривает сигарету и начинает курить.
А у меня происходит откат, после произошедшего. Эмоции отпускают меня, и возвращается осознание.






