С ней рядом всем было спокойно и как-то надёжно. Чувствовалось, что она всегда готова помочь и искренне расположена к нашей семье. Ну а я быстро поняла, что её холодность – лишь броня, под которой она скрывает нежное и ранимое сердце.
Мы сразу нашли общий язык. Так у меня появилась первая настоящая подруга. И я очень надеялась, судя по тому, как Мэлвин нарезает вокруг неё круги, чуть ли не слюной истекая, как голодный кот вокруг крынки сметаны, что скоро станет и сестрой.
(
от автора:
история Мэлвина и Фрейи рассказывается в книге "Искушение
Фрейи")
В тот вечер все ушли на праздник, который праздновался всем Таарном в разгар лета. Фрейя с мамой ушли тоже, я осталась дома совсем одна. Так часто бывало, и я привыкла. Мне даже нравилось оставаться одной в огромном доме. Можно было совсем расслабиться и не переживать, что придёт кто-то из моей большой и шумной семьи, и придётся снова улыбаться и делать вид, что у меня ничего не болит.
Потому что болело постоянно.
Но я так привыкла к этой боли, что почти её не замечала – кроме моментов, когда она вдруг становилась сильнее.
Долго наслаждаться тишиной мне не дали.
В двери моей комнаты решительно постучали. Визит Бьёрна и Фиолин с маленькой Эйри был такой большой радостью, что игла немедленно впилась ещё глубже. С колотящимся сердцем я открыла дверь, уговаривая своё сердечко успокоиться.
– Нари, привет! – улыбнулся Бьёрн и осторожно сжал меня в могучих объятиях, как ни в чём не бывало. Его тёмные волосы снова отросли. И я не представляю, как Фиолин терпит эту его дурацкую бороду! Никак не привыкну. Брат слегка одичал там у себя в лесу за последние годы. Конечно, у него были
причины. Хорошо, что с рождением Эйри всё изменилось.
(
от автора:
история Бьёрна и Фиолин рассказывается в книге «Невидимый муж»)
– Мы по тебе ужасно соскучились. Смотри, кого привели! – расцвела в улыбке Фиолин.
Я ждала этого визита и знала, что он рано или поздно случится.
С того самого момента, как мы узнали, что в крошке Эйрин проснулся дар целительницы. Знаю, мама лелеяла тайную надежду, будто малышка сможет мне помочь. Я-то не особо надеялась – не верилось, что эта отравленная игла из моего сердца когда-нибудь может исчезнуть. Я просто не представляла, каково это – жить без неё.
Но какое же чудо была моя племянница!
Бьёрн держал пухлощёкую малышку на руках, она сосредоточенно меня изучала своими серьёзными не по-детски глазками.
– Сердце моё, ты можешь потрогать свою тётю? – с плохо скрываемым волнением попросила Фиолин. – Нари очень хорошая, но она… болеет. Вдруг ты сможешь её вылечить? Как папу?
Девочка ничего не сказала. Но протянула ко мне крохотную ладошку.
Затаив дыхание, я ждала, когда моего лица коснётся детская рука. Мне кажется, мы все ждали с одинаковым волнением.






