Дождавшись, пока пассажиры умостятся, волк прыгнул с места – и земля с небом вдруг поменялись местами. Звезды перемешались, загоралось и тухло северное сияние, где-то одновременно вставали рассвет и закат, по небу катились, сменяя друг друга, луна и солнце. И только одна яркая звезда оставалась все время на своем месте.
– Это Полярная звезда, - пояснил Ян. – Ось мироздания.
– А мы как лошадки на карусели, - подумала Ася, и вслух ничего не сказала.
Безумная свистопляска светил и миров загипнотизировала ее.
Но когда Ян вдруг рухнул в пике, транс сразу слетел.
– Эй, ты чего? – завизжала Ася.
– Все в норме, крепче держись! – рыкнул волк.
И они со всей скорости рухнули в уже знакомую красную ледяную реку.
Ян сразу начал грести – по-собачьи. Впрочем, получалось у него это довольно быстро, наверное, придавали
ускорения впивавшиеся в шкуру мечи и копья. Ася поджала ноги, как могла, но бритвенно-острая вода все равно норовила ее достать и порезать. Де ля Серна сидел с безразличным видом.
Берега видно не было, река вдруг стала широкой, как Волга. Сколько они плыли в кромешной тьме – Ася не знала. Ян выбивался из сил, но все-таки тащил ее вперед.
– Там на берегу, - даже его мысленный голос звучал тяжело, хоть ногами Ася очень хорошо чувствовала – грудная клетка зверя оставалась неподвижной, он больше не дышал. А приложив ладонь к груди, поняла, что молчит и ее собственное сердце. Странное оказалось ощущение. Впрочем, не считая отсутствия пульса и дыхания, чувствовала она себя вполне обычно. Мечи и копья рвали кожу, было холодно и очень страшно, несмотря на всю решимость пройти, наконец, весь путь.
– Что?
– Там может быть страж, - предупредил Ян. – Или даже несколько.
– В прошлый раз их не было.
– Я так думаю,
что в прошлый раз ты была не в самой Туонеле, а в воспоминаниях о ней. Скажем, твоего отца.
– Там был черный волк.
– Теперь не будет, - хмыкнул Ян. – Потом сама поймешь, почему.
– А что делать со стражем?
– Ему надо заплатить.
– Чем?
– Кем, - скрипнул волк. – Он встречает мертвецов и не дает им уйти обратно.
Ася подумала одну бесконечно долгую секунду, потом сопоставила факты еще раз и возмутилась:
– Так вот зачем ты его взял!
– Он хотел умереть, помнишь? По-другому ему этого не сделать! Он же мертв уже лет двести! На него хоть рояль с небоскреба сбрасывай – ничего не сделается. Встанет, отряхнется и дальше пойдет.
– Это все равно жестоко и цинично.
– Я жесток и циничен, когда речь идет о защите моей семьи, – просто сказал Ян.
Ася замолчала. Попыталась обернуться, чтобы взглянуть в глаза учителю, который сидел за ней, как надоевшая подружка байкера – безучастно и тихо. Его, кажется, не беспокоили ни мечи и копья, обдиравшие ноги, ни темнота, ни то, что они направляются в царство мертвых.
– Ты туда хочешь? – спросила
она тихо.






