— Ты сама уверяла меня в том, что нигде, кроме своего долбанного леса, не сможешь жить. И что я вижу теперь? Быстро ты в нарядные шмотки нарядилась и городской стала. И месяца не прошло!
Его ноздри гневно раздувались, на сжатых кулаках проступили жилы. Я спокойно взглянула на него, вздохнув.
— Думаю, что я просто не была уверена в тебе. И в том, что ты сможешь обо мне позаботиться, как обещал. Я бы рада все сама, но ты и так знаешь, что я попросту вышедшая из леса дикарка. Мне нужна была помощь.
— А Кириллу, значит, сразу поверила? — его голос стал тусклым, весь гнев испарился.
— Видимо так. Прости, Никит. Нам изначально не было суждено быть вместе. Только как друзья.
Быстро сократив между нами расстояние, он коснулся моего лица. Я отпрянула, хмуро на него глядя. Дернувшись, будто от
удара, он сложил руки в карманы и закусил губу.
— Неужели у меня нет шансов? Мы могли бы начать все сначала…
— С ума сошел? Никит, ты сам знаешь, что твой брат и я… — опешила я от его откровений. Как он вообще это себе представляет?
Зарычав, он отвернулся к окну.
— Действительно любишь его? — глухо спросил.
— Я… Я… испытываю к нему сильные чувства, — тихо призналась я. — Думаю, я правда его люблю.
— Он знает об этом?
— Нет. Я не говорила ему о своей любви.
Повернувшись, он скривился и вдруг пошел к выходу.
— Куда ты? Кирилл скоро вернется и…
— Да пошли вы оба. Думаешь буду лежать и слушать как он трахает тебя через стенку? — прошипел презрительно Никита. — Всего лишь хотел проверить.
Парень затянул шнурки на своих кроссовках и выпрямился. Ухватил покрепче дорожную сумку, которую совсем недавно сложил у стены. Взглянул на меня как-то обреченно.
Мне правда было жаль, что так получилось. Но изменить все уже не могла. Да и не хотела. Я любила не его, а Кирилла.
— Прости, Никит. — Неловко пробормотала я свои бесконечные извинения.
— Эх, Огонек… Как же так вышло? — прошептал Никита, заставляя сердце заныть от сожаления. — Смотрю на тебя и сдохнуть от отчаяния хочется. Потому что ты теперь не моя. И никогда моею не будешь. Как пережить это?
— Ник…
— Ты не шибко-то надейся на чувства в ответ. Ты моего брата совсем не знаешь. Для него все девушки лишь расходный материал. Поиграет и бросит. И чего всех так на него тянет? Как мотыльки на огонь летите, а потом обожженные плачете, летать не можете. Тьфу ты, гребаная лирика. Он тебя не любит, пойми, глупенькая моя. Я же его всю свою жизнь знаю!
—
Перестань, — мой голос предательски задребезжал.
— Уверен, что он быстро наиграется в спасителя. Потом не плачь, я предупредил.
— Я не хочу ничего слышать. Не надо…
Ключ в замке заставил нас буквально подпрыгнуть на месте. Никита надел на лицо ледяную маску и с неприязнью взглянул на появившегося в дверях брата.
Если Кирилл и удивился, то удивление свое хорошо спрятал.






