Оглядываюсь, и она добавляет: – Никто не должен знать об этом.
– Понимаю, – кивнув, отвечаю я.
И вот так я исчезаю в темном коридоре. В главном зале все еще гремит музыка и звучат тихие голоса, и я направляюсь к выходу. Знаю, мы не можем продолжать то, что делали, но мне не нравится, что я ухожу от нее, тем более так. После всего того, что только что произошло.
Я несу это неприятное чувство с собой всю дорогу домой. Даже когда я забираюсь в постель, искусно уклонившись от назойливых вопросов матери, поскольку вместо главного входа пробрался в дом через патио, я все еще думаю о Мэгги.
Лежа в
постели, я прокручиваю в голове то, что чувствовал, и не только физически. Хотя ее тело было невероятным – мягким, теплым и таким податливым, словно пластилин в моих руках. Но было что-то и в том, чтобы подчиняться ее приказам. Я даже не кончил, но ни секунды не думал о собственном удовольствии, будучи слишком сосредоточен на том, чтобы сделать приятно ей. Чего раньше со мной никогда не случалось.
Ее соблазнительные команды эхом отдаются в моей голове.
Подними на мне платье. Поцелуй меня. Помоги мне кончить.
Боже, это было круто и не так, как мне знакомо. Не в смысле круто, чтобы потом подрочить при воспоминании об этом, но когда я касался ее, то чувствовал себя бодрым и живым, и каждый дюйм моего тела буквально вибрировал. Мой мозг отключился, и единственным сигналом, который он получал, были мы – наше взаимодействие и накал ощущений.
Ну да ладно.
Я могу найти еще одну, похожую на нее. Там был огромный список имен, который я еще не пролистал. И, возможно, я так и сделаю. Возможно, они будут мягче со мной и разрешат мне учиться на них, пока сами станут учиться на мне. Безусловно, должен быть кто-то еще.
Я уже начинаю засыпать, но все время возвращаюсь к одной и той же мысли.
Не хочу искать кого-то еще. Теперь, когда шок прошел, я вижу Мэгги в другом свете. Этот глубокий вырез с феноменальным бюстом. Ее бедра, туго обтянутые платьем, то, как ее тело было прижато к моему члену.
Это была другая женщина, а не та, что пришла на вечеринку моего отца, нарядившись, как старая дева. Теперь я знаю, что у Мэгги есть темная сексуальная сторона, и это возбуждает меня еще больше. Я никогда раньше не представлял, какой она может быть на вкус, но теперь уверен, что знаю. Хочу знать звуки, которые она издает, когда я трахаю ее языком. Мне интересно, что она заставит меня делать, как будет использовать меня, чтобы кончить. Я представляю, как она связывает меня, причиняет боль, хвалит.
Что ж, на такие мысли можно и подрочить.
Но по какой-то причине я этого не делаю. Мне ничего не стоит сунуть руку под простыни и снять напряжение, которое нарастало с тех пор, как сегодня вечером
я увидел ее через всю комнату, но я не хочу это делать.






